Как у белоруски поменялось отношение к деньгам, когда её доходы стали больше $2000 в месяц. История 36-летней Светланы

0
Как у белоруски поменялось отношение к деньгам, когда её доходы стали больше $2000 в месяц. История 36-летней Светланы
Фото: Александр Ружечка / Onliner

Говорят, деньги улучшают качество жизни лишь до определённого момента. Исследования показывают, что для американцев, например, этот потолок находится на уровне 75—90 тыс. в год на семью. Каждый полученный сверху доллар не приносит столько радости, как раньше. Белоруска Светлана Левчук на себе прочувствовала, как меняется отношение к вещам с увеличением дохода. Когда она вышла на стабильные $2 тыс. в месяц, стала делать статусные покупки. Удовольствие приносил сам факт того, что минчанка может себе это позволить. Со временем приоритеты изменились, сместившись за пределы банального шопинга. Onliner поговорил со Светланой, и она рассказала, что охотнее тратит деньги не на себя, а на близких людей, а ещё целенаправленно копит «на пенсию».

Поставила цель: добиться зарплаты в $2 тыс.

Светлане 36 лет, у неё довольно типичный карьерный путь в IT. Окончила курсы по автоматизированному тестированию, попала на стажировку и много-много работала — сначала автоматизатором первого уровня, потом второго/третьего и так доросла до позиции менеджера.

Сейчас белоруска руководит в компании отделом исследования и разработки, доход с каждым годом растёт и радует нулями. Называть точную сумму Светлана не захотела, но уточнила, что на данном этапе это более $3 тыс. в месяц.

Реклама

— Наверное, в какой-то момент деньги для меня стали как оценки. Я же отличница со школы, училась на бюджете на факультете международных отношений БГУ и получала повышенную стипендию за хорошую учёбу. И вот сейчас пятёрки и десятки мне заменили деньги. Если тебе не повысили в очередной раз зарплату, значит, ты плохо работаешь — со временем начинаешь рассуждать так, — улыбается героиня.

В сферу IT белоруска пришла по примеру мужа — он уже отлично зарабатывал, когда Светлана начинала с $200 в месяц. После декрета и работы на госслужбе в «Белтаможсервисе» ей было интересно узнать, на какой уровень дохода она способна выйти в принципе. Изначально поставила себе цель: зарабатывать $2 тыс.

— Раньше мне казалось (и я до сих пор так считаю, даже с учётом инфляции), что тысяча долларов — это сумма, с которой можно комфортно жить в Беларуси и не смотреть на цены в магазинах. Если исключить путешествия, я слабо представляю, что вообще нужно делать в нашей стране, чтобы тратить больше. И вот я в голове умножила эту цифру на два (это, наверное, такая черта характера, перфекционизм) и решила её добиться.

С ростом зарплаты захотелось брендовых вещей и ювелирки

Стабильно по $2 тыс. в месяц Светлана стала зарабатывать в 27 лет. Первые полгода ушли на осознание того, что эти тысячи никуда не исчезнут, что это не временное явление. А дальше начался любопытный период: белоруске захотелось дорогих вещей — брендовых платьев и сумочек.

— Может, это какие-то комплексы с детства, может, влияние мамы и её окружения (у них же принято показывать свой статус за счёт вещей), но было время, когда я серьёзно увлеклась шопингом. Помню, что купила себе платье от люксового бренда за €600 — не то чтобы оно было прям супер, но мне было приятно, что я могу позволить себе такую вещь. Дальше мама стала спрашивать, почему я хожу в пуховике уже которую зиму, «как бомж», надо покупать шубу. Так у меня появился норковый полушубок за $2,5 тыс. Из Барселоны, помню, привезла столько одежды, что пришлось даже покупать дополнительный чемодан! И до сих пор часть вещей висят новые, с бирками.

С ювелирными украшениями отдельная история. До 30 лет Светлана с удовольствием носила самую недорогую бижутерию, но с ростом дохода переключилась исключительно на белое золото.

— Мама начала говорить, что бижутерия — это не статусно, что нужно носить дорогую ювелирку, что у меня должно быть золотое кольцо с бриллиантом… При этом жёлтое золото мне абсолютно не нравилось, а вот белое — вполне. И я начала постоянно присматривать себе что-то в Минске, ездила в командировки и там тоже искала красивую ювелирку. В итоге купила из белого золота четыре пары серёжек, три браслета, пару цепочек…

— А кольцо с бриллиантом?

— Да, вот оно, на мне, — показывает Светлана. — Стоило что-то около $1,5 тыс., наверное, это самая дорогая ювелирка, которую я покупала. В последние годы на украшения в магазинах я уже не смотрю, просто потеряла к ним интерес. Может, это лень: ты понимаешь, что тебе опять надо идти в магазин, что-то выбирать, примерять… А может, просто взросление — с возрастом такие покупки перестают приносить удовольствие. Я и одежду сейчас практически не покупаю.

Как у белоруски поменялось отношение к деньгам, когда её доходы стали больше $2000 в месяц. История 36-летней Светланы

Столько вещей лежит, многое уже не нравится, поэтому я больше думаю, как разгрузить шкафы, а не как их загрузить.

Большая квартира не нужна, машина — тоже

С потерей интереса к статусным вещам деньги в семье стали очень быстро откладываться, рассказывает Светлана. Объединив усилия, за 10 лет они с мужем довольно легко, без привлечения кредитов смогли купить две квартиры и машину.

Год назад супруги разъехались, и теперь у каждого есть своё жильё. Авто продали ещё раньше — по мнению Светланы, в Минске гораздо проще обходиться без него.

— У меня работа близко от дома, на такси я могу доехать за 3,5 рубля. Учитывая, что ездить в офис мне надо не каждый день (у нас гибридный режим работы), в месяц на такси я могу потратить максимум 150 рублей. Обслуживание машины и бензин стоят намного дороже, плюс очень много времени уходит на то, чтобы поменять масло, ремни. Лично мне машина точно не нужна, — говорит белоруска.

Квартира, в которой Светлана сейчас живёт с дочкой-девятиклассницей, относительно небольшая — около 70 метров. И это оптимальная площадь для семьи, считает собеседница.

— У нас объединённая кухня с залом и две спальни, всё обустроено в стиле минимализма. Есть где поспать, есть где посидеть — мне очень нравится. Когда проезжаю в частном секторе мимо трёхэтажных коттеджей, если честно, удивляюсь: зачем людям такие дома? Я даже не представляю, что там можно делать на такой площади и сколько времени занимает уборка, — удивляется Светлана.

Квартира есть, ремонт сделан, машина не нужна — Светлана честно признаётся, что тратить большую зарплату ей не на что. Ещё несколько лет назад нравилось вкладывать деньги в ребёнка, но сейчас дочка подросла и тоже отказывается от дорогих вещей.

— Оказалось, что у молодых людей сейчас другие ценности. Мы можем прийти в магазин, а дочка скажет: «Мама, я это себе лучше в секонде возьму, всё равно скоро выброшу». Это удивительно для меня, но ей не нужны брендовые вещи. Единственная дорогая покупка за последнее время — это телефон. В старом у неё просто не было возможности для бесконтактной оплаты, поэтому телефон мы обновили. И наушники недавно купили хорошие — долларов за 200. В остальном с подросшим ребёнком, как ни странно, расходы небольшие — 200—400 рублей в месяц получается. И делим мы эту сумму с отцом ребёнка пополам.

Как у белоруски поменялось отношение к деньгам, когда её доходы стали больше $2000 в месяц. История 36-летней Светланы

На цены в продуктовых магазинах Светлана давно не обращает внимания, при этом на еду тратит не много — в месяц получается 500—600 рублей. Минчанка объясняет: сама она питается на работе бесплатно, а ребёнок ест в школе или в лагере, поэтому закупаться продуктами в больших масштабах нет необходимости. В кафе с дочкой Светлана бывает раз в две недели — не считает себя фанаткой белорусского общепита.

Если говорить про уход за собой, здесь тоже без излишеств: маникюр у проверенного мастера раз в месяц — 30 рублей, лазерная эпиляция раз в квартал — 120 рублей, окрашивание и процедуры для волос раз в квартал — 500—600 рублей, косметолог — 300 рублей за серию процедур раз в год.

— Может, с возрастом мне захочется губы сделать или подтяжку, тогда, наверное, другие траты пойдут, — смеется Светлана. — А пока как-то не лежит к этому душа… Хотя вот недавно сожгла лицо и купила три израильских крема за 400 рублей, но их же хватит на полгода минимум, это небольшие расходы. Ещё духи покупаю дорогие — €80 за маленький флакончик, тоже хватает на несколько лет. Всё остальное у меня бюджетное. Вот на днях зашла в «Остров чистоты» и купила белорусский карандаш для бровей за 2 рубля. Это расходный материал, сломался — выкинул.

— Хорошо, а солнцезащитные очки за сколько купили? А платье? — любопытствуем.

— Очки покупала рублей за 60 лет пять назад. Они не брендовые, совершенно обычные. Мне вообще сложно подобрать очки, поэтому ношу те, что есть. Платье покупала в прошлом году в массмаркете. Не поверите, в последний раз в торговом центре я была в августе прошлого года, приходили с дочкой за браслетом. А в этом году как-то не было желания ходить по магазинам.

Как у белоруски поменялось отношение к деньгам, когда её доходы стали больше $2000 в месяц. История 36-летней Светланы

На что тратить деньги, если все потребности закрыты?

Может показаться, что деньги Светлане в таком количестве не нужны, но это не совсем так. Минчанка говорит, что высокая зарплата её по-прежнему мотивирует на работе: это показатель того, что её ценят как специалиста. Кроме того, хороший доход даёт уверенность в завтрашнем дне — даже если в текущий момент эти деньги потратить не получается.

— Сейчас мне для жизни достаточно $500, когда нет каких-то крупных трат. Но, думаю, если бы я зарабатывала ровно эту сумму, вряд ли была бы счастлива. Когда понимаешь, что есть вещи, которые ты не можешь себе позволить, психологически это некомфортно. Допустим, захотела я купить себе платье за 300 рублей — это значит, что с другими расходами пришлось бы ужиматься, красную рыбу в магазине уже не купишь. Хорошо, когда ты уже наигрался с дорогими покупками и тебя к этому уже не тянет. Тогда можно посмотреть на другие, более важные вещи.

С началом пандемии Светлане захотелось систематизировать процесс накоплений, а не просто складывать в кубышку то, что осталось непотраченным с зарплаты. Так появились две условные «корзины»: первая — на будущее ребёнку, вторая — на «пенсию».

— Я как-то резко осознала, что будущее весьма туманно и думать о старости нужно уже сейчас. Очень тяжело бывает наблюдать за пенсионерами в магазинах, как они выискивают самые дешёвые продукты, как пересчитывают деньги в магазине по несколько раз… Поэтому я решила, что должен быть какой-то неприкосновенный запас, который я не буду тратить ни при каких обстоятельствах.

С тех пор откладываю условно на пенсию по $500 в месяц. Часть денег вложила в иностранный рынок акций, часть просто копится.

В корзину «на ребёнка» Светлана также откладывает по $500 в месяц, плюс аналогичную сумму с каждой зарплаты вносит её бывший супруг. Эти деньги в семье рассчитывают потратить на платное образование дочки или на первый взнос за квартиру для неё.

— Деньги на ребёнка, если честно, у нас просто лежат, потому что в банковской системе пока слишком много нестабильности. Накопления «на пенсию» я время от времени отношу в банк на краткосрочные вклады, чтобы купюры банально перепроверили, чтобы на них не появлялась плесень. А вообще, моя цель — накопить наличными около $200 тыс. и положить их на какой-нибудь выгодный депозит. Какими в будущем будут проценты, я не знаю. Но сейчас, по моим подсчётам, с этой суммы можно получать $1 тыс. в месяц. Это будет вполне комфортная пенсия, — рассуждает минчанка.

Светлана не отрицает: возможно, в будущем приоритеты изменятся и на собранные деньги она захочет купить бунгало у моря. Но пока план именно такой.

— Вы могли бы летать каждый год на какие-нибудь Мальдивы, а не собирать на пенсию. Думаете, это правильный подход?

— Может, когда-нибудь я съезжу на Мальдивы — просто чтобы посетить это место, увидеть, что это такое. Но вообще, я не очень люблю пляжный отдых, мне больше нравится гулять по европейским городам. До пандемии мы по два-три раза в год куда-нибудь ездили. Сейчас стало тяжелее выбираться из Беларуси, но я всё равно стараюсь. В этом году была в Грузии, в Египте (это скорее вынужденная поездка, просто не было других возможностей) и недавно ездила в Вильнюс и Варшаву. Всё это стоило не очень дорого, из моего плана по накоплениям я не выбиваюсь. Конечно, у меня есть туристические мечты: например, хочу побывать в Мачу-Пикчу (город в Перу. — Прим. Onlíner), но там нужна серьёзная физическая подготовка, пока это в далёких планах.

Траты на себя больше не приносят столько радости, как раньше

Рассказывая о поездках, Светлана вспоминает: недавно она оправила в Турцию свою маму. Говорит, это принесло ей не меньше удовольствия, чем если бы она съездила в путешествие сама.

— В последние годы я стала всё чаще осознавать, что траты на себя больше не приносят особой радости. Если удаётся что-то купить дочке или маме из того, что они давно хотели, — вот это действительно приятно. Надо куда-то поехать — не вопрос, надо маме сделать ремонт на кухне — пожалуйста. Есть желание быть полезной, участвовать в благотворительных инициативах, то есть идёт трансформация скорее в эту сторону. У меня была даже мысль взять на воспитание ребёнка из детского дома, пока я обдумываю это желание.

— А есть всё-таки вещи, которыми вы продолжаете себя баловать?

— Вообще, я пыталась найти для себя хобби, которое приносило бы мне удовольствие, но пока не нашла. Коллекционирую веера — но сколько они стоят? Два доллара, три — вряд ли можно сказать, что я себя этим балую… Люблю покупать книги. Я так и не смогла перейти на электронную читалку, не зашла она мне, а вот бумажные книги листать — это класс. Сейчас читаю Акунина — есть такая серия подарочных изданий, книги стоят по 80—90 рублей. И я с удовольствием их покупаю.

— А какие траты окружающих вы не понимаете и не разделяете?

— Наверное, я никогда не пойму покупку очень дорогих машин — за $60—80 тыс. Новая машина в хорошей комплектации стоит в пределах $20—30 тыс. — зачем переплачивать в три раза? За эти деньги можно купить ещё одну квартиру. Или просто раздать их бедным — сколько пользы будет… Ещё я не очень понимаю сейчас покупку дорогих украшений, хотя сама через это прошла. В последние годы пересмотрела свои взгляды… Если уж вкладываться в золото, то только в слитках, — смеётся Светлана.