Дело о насилии над милиционером в Слуцке. Обвиняемому грозит три года тюрьмы

0
Суд по делу о насилии по отношению к милиционеру в Слуцке. Что говорили на прениях
Роман Кораневич в суде. Фото: Олеся Белая

В четверг, 12 ноября, в Слуцке продолжился суд по делу случчанина Романа Кораневича. Его обвиняют в том, что он 10 августа ударил милиционера по голове «предметом». Сам Роман не признаёт вину.

Напомним, что суд начался 11 ноября. Поддержать Романа пришли более 20 человек, но в зал суда все не поместились. В этот день опросили обвиняемого, потерпевшего и свидетелей по делу: двух сотрудников милиции и двух братьев Кораневича.

Реклама

12 ноября заседание проводили в большом зале на 1-м этаже суда. В него поместились все 15 слушателей, сотрудники милиции, потерпевший и представители СМИ и другие. В этот день прошли прения сторон.

Что говорил государственный обвинитель

Государственный обвинитель Алексей Крот попросил признать Кораневича виновным по ч. 2 ст. 363 УК РБ (Сопротивление сотруднику органов внутренних дел при выполнении им обязанностей по охране правопорядка, сопряжённое с применением насилия). И назначить ему наказание в три года лишения свободы в колонии общего режима. А также взыскать с него средства, израсходованные на судебную экспертизу: 1876 рублей 54 копейки.

Алексей Крот сказал: «В ходе судебного следствия обвиняемый Кораневич вину \…\ не признал. Утверждая, что умысла на причинение телесных повреждений сотруднику милиции Гончаревичу у него не имелось. Добавив, что последнего он не толкал, в сотрудника милиции предметы не бросал. И что в момент происшедших событий не знал, что его задерживают сотрудники милиции. Так как, по мнению обвиняемого, они, милиционеры, не представились, а форменного обмундирования он, Кораневич, не рассмотрел.

Высокий суд, к показаниям обвиняемого в этой части следует отнестись критически и расценивать как способ защиты, а также способ понести менее строгое наказание за преступление. Так как показания обвиняемого опровергаются показаниями допрошенных в ходе судебного заседания потерпевшего Гончаревича, свидетелей \…\(сотрудников милиции. — Прим. ред.), которые последовательно, логично и в полном объёме согласуются с письменными материалами уголовного дела, исследованными в ходе судебного следствия. Полагаю, что по своей совокупности вышеуказанные доказательства в полном объёме подтверждают предъявленные Кораневичу обвинения.

При назначении наказания Кораневичу следует исходить из характера степени общественной опасности совершённого преступления, личности обвиняемого, мотивов и цели содеянного. В качестве обстоятельства, отягчающего ответственность обвиняемого, предлагаю признать \…\ совершение преступления лицом, находящимся в состоянии алкогольного опьянения. В качестве смягчающего ответственность обвиняемого обстоятельства предлагаю признать \…\ наличие на иждивении малолетних детей".

Что говорил адвокат

Речь адвоката приводим с сокращениями.

Адвокат Романа Кораневича сказал: «По предъявленному обвинению с гособвинителем, полагаю, невозможно согласиться. В действительности Кораневич не совершал преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 363 УК. По поводу противоправности действий сотрудника милиции хотелось бы высказаться.

Статья 363 предусматривает, что сотрудник милиции должен выполнять свои обязанности по охране общественного порядка. И при совершении этих действий должны быть в отношении него совершены противоправные действия. Полагаю, что действия сотрудника милиции не носили законный характер и, соответственно, их нельзя отнести к действиям по охране общественного порядка.

В ходе судебного разбирательства со всей очевидностью установлено, что Гончаревич при взаимодействии с Кораневичем не выполнял каких-либо обязанностей по охране общественного порядка. Действия самого Гончаревича, полагаю, носили противоправный характер.

Так, оснований для задержания Кораневича у Гончаревича не было. Если обратить внимание на статью 82 ИК, согласно которой административное задержание физического лица состоит в фактическом временном ограничении свободы лица, в отношении которого ведётся административный процесс, за совершение им административного правонарушения \…\ Этой же статьёй предусмотрены случаи, когда лицо может быть задержано.

Очевидно, что пресечения противоправных действий Кораневича не было и не могло быть, так как ничего противоправного в тот момент Кораневич не совершал. Да и сами сотрудники в судебном заседании, как потерпевший, так и свидетель, данные фактические обстоятельства подтвердили. Указывая, что не видели никаких противоправных действий.

Более того, помимо показаний сотрудников и свидетелей, отсутствие противоправных действий со стороны Кораневича подтверждается объективными данными. Так, в отношении Кораневича не составлено каких-либо протоколов об административном правонарушении: ни за хулиганство, ни за нахождение в пьяном виде, ни за участие в несанкционированном массовом мероприятии. Свидетель Жуков, который находился вместе с Кораневичем, также не был за что-либо привлечён к ответственности. Противоправность его действий также не была установлена.

Доводы потерпевшего о том, что Кораневича он намеревался задержать для установления его личности, якобы он мог находиться в розыске, или по причине нахождения Кораневича в нетрезвом состоянии также не выдерживают никакой критики. В ходе предварительного расследования \…\ установлено, что содержание алкоголя в крови Кораневича было не более 0,18 промилле, что крайне малый уровень. \…\

То, что противоправных действий со стороны Кораневича не было до встречи с сотрудником милиции, подтверждается показаниями самого Кораневича, который рассказал нам о тех событиях подробно, ясно и чётко. Из них следует, что, наоборот, Кораневич, когда увидел, что в центре города, как выразился свидетель Жуков, происходит «хапун», решил не провоцировать правоохранительные органы, чтобы не быть заподозренным в участии в каких-либо массовых мероприятиях, ушёл с того места. Направлялся домой. Какой-то необходимости его задерживать не было.

Аналогичные показания давали свидетель Жуков Максим, Жуков Виктор (младшие братья Кораневича. — Прим. ред.). Что же касается показаний потерпевшего и свидетеля, сотрудника милиции, полагаем, что к их показаниям следует относиться критически. Считаем, что данные показания даны ими по причине того, что самими сотрудниками были допущены противоправные действия при попытке неправомерного задержания Кораневича. \…\

В судебном заседании Гончаревич не смог нам объяснить механизм получения повреждений на груди и на предплечье. Да и на голове повреждения также обоснованным объяснением признать невозможно. Свидетель, сотрудник милиции, который был допрошен, противоречит в показаниях показаниям самого потерпевшего \…".

Также адвокат сказал, что умысла наносить повреждения милиционеру у Романа Кораневича не было. И что в предварительном расследовании допущены нестыковки. Например, уголовное дело было возбуждено ранее, чем поступило сообщение о совершении преступления. А предмет, которым якобы Кораневич ударил Гончаревича, не был обнаружен.

Адвокат обратил внимание, что сам обвиняемый пострадал, — у него были обнаружены серьёзные телесные повреждения.

Адвокат попросил суд оправдать Романа Кораневича.

Что говорили потерпевший и обвиняемый

Потерпевший милиционер Иван Гончаревич сказал только: «Пусть всё будет по закону».

Обвиняемый Роман Кораневич сказал: «Я бы признал свою вину только в том, что, да, возможно, я убегал. Может быть, мне не стоило убегать. Но я испугался. Я не хотел конфликта. Я шёл домой к детям. Мне не нужны были разбирательства, я ушёл от них. Я увидел скопление людей и ушёл домой. В том, что произошло в дальнейшем, я себя виновным не считаю. Я не бил сотрудника, я, наоборот, пытался от него убежать. Я прошу оправдать меня».

Приговор по этому делу будет вынесен в пятницу, 13 ноября, в 9.40.

Обновлено в 13.20.


Ранее: