В наше неспокойное время только не имеющий головы человек может оставаться равнодушным и не видеть, что происходит вокруг. Вот и я решила написать, так как нет сил молчать.

Наше общество сейчас раскололось как бы на два лагеря. После выборов одни сидели и молчали, другая часть пошла защищать свои права.

Реклама

Посмотрела передачу по ОНТ «Объективно» с приглашением Юрия Воскресенского. Слушать их было невозможно, они почти не дали ничего сказать представительнице оппозиции Татьяне Николаевне, не объявили, кто она. Гнули одну линию, выгораживая власть. Как и президент, предлагают якобы диалог с протестующими, а те, мол, ничего не хотят, на диалог не идут, безобразничают на улицах, жгут покрышки. И не говорили о том, что ещё в августе был создан Координационный совет для диалога с властью, который разогнали: кого посадили, кого выдворили.

Как президент, так и его окружение относятся пренебрежительно к людям, которые выходят на улицы. Но это же умнейшие, честнейшие из нас. Они жертвуют своим здоровьем, работой, достатком. Вышли на улицы массово 9−10 августа, чтобы выразить несогласие с фальсификацией выборов, защитить право, данное Конституцией, — выбирать. Вышли на мирный протест и получили жесточайшую расправу.

Люди продолжили выходить, протестуя против необоснованной расправы, которая продолжается. И по мере разгула жестокости их становится больше. Это цвет нашего общества, настоящие личности, а не бандиты, наркоманы и алкоголики, как их называет президент и его окружение.

В самом начале протеста президент разделил общество на два лагеря: одни — это «народец», а другие — народ, который он привозит на свои собрания. /…/ Говорит: «Вот пусть народ выскажется на собрании, примем новую Конституцию и будем жить». Какой народ выскажется? Ведь одну его половину он не слышит, а будет решать другая. Она ничего никогда не скажет против власти, за 26 лет их приучили молчать и голосовать за всё, что бы ни сказал глава. Все на совещаниях сидят «глаза в пол» и что-то всё пишут в записных книжках. Какую Конституцию они создадут? Ведь даже эту, переделанную под себя, они не выполняют — ни в избирательных делах, ни в правовых, следственных или судебных.

Мирные митинги и протесты разрешены Конституцией, но людей преследуют, несколько человек убили, сотни искалечили и тысячи унизили и продолжают унижать.

На словах собираются договориться с народом. Вот и возникает вопрос — с каким? Большая часть людей не согласна с тем, что происходит, но с ними не хотят говорить, это же не народ.

В самом начале своей карьеры в интервью он назвал <чуть ли не> своими героями Гитлера и Сталина. Муж говорит: «Кого ж мы избрали?» Президентское окружение начало замазывать сказанное, говоря, что это, дескать, сильные личности. Но это <отношение> к народу он пронёс через годы. Разве он думал о людях, когда у них пропали все сбережения и никому ни копейки не вернули? При деноминации пропали вклады на детей до совершеннолетия. Банки по этим вкладам не выплатили ни копейки, даже сберкнижки выбросили. Молодёжь о таком не знает. Пропало всё страхование. Я лично за 7 лет выплатила по страхованию пенсии себе прибавку к пенсии 40%. Это тоже всё сгорело, как и страхование детей до их совершеннолетия, себя и мужа от несчастного случая. Ничего не получили.

Я несколько раз писала в разные инстанции, в Администрацию президента. Приходили письма в ответ: Указ президента… Хотела показать эти письма, но, видно, от обиды выбросила. Деноминации, одна за другой, съели всё. Вот и последняя, что она дала? Товар, который стоил копейки, сейчас стоит рубли и десятки рублей. Цены не останавливаются. А вы думаете, кто-то может дать ответ, куда деваются богатства, которые зарабатывает наш умный и толерантный белорусский народ? Разве так он должен выживать?

Было много разных указов, но все не на пользу людям: то нельзя продавать цветы со своего участка и посадочный материал на них, то нельзя продавать овощи и фрукты на улице.

Однажды мы срезали у себя на огороде тюльпаны и на 9 Мая у кинотеатра «Беларусь» хотели продать их за копейки. Появилась милиция (3 человека), начали нас разгонять. Была одна бабушка старенькая, её привёз сын на машине и уехал. Идти она никуда не могла. Милиционер со всей силой стукнул ногой по её вёдрам — тюльпаны все рассыпались. Мы собрали бабушке цветы и разошлись кто куда, а она сидела и плакала…

Я слышала на митингах и читала, что многие пенсионеры винят себя в том, что когда-то избрали Лукашенко. Это правда. Мы с мужем тоже винили себя, что когда-то бегали на митинги в его поддержку. Муж так счастлив был, когда удавалось рядом с ним постоять на ступеньках Дома культуры (там тогда проходили митинги). А потом началось…

Он не любит свой народ и не сочувствует ему — COVID тому доказательство. В первую волну были бесправные незащищённые люди и врачи. А нам говорили, что умирают хронические больные. И сейчас всё так же, может, ещё хуже. И ни одной передачи по телевидению не покажут, как тяжело людям и врачам. У нас по-прежнему «помощь оказывают».

Сейчас, чтобы ситуацию в стране не загонять в невозвратный тупик, не калечить свой народ, надо не диалог предлагать и «народное собрание», на которое свезут только сторонников.

/…/ Власть должны взять на себя честные порядочные люди, из числа как оппозиции, так и депутатов, министров, представителей производственных коллективов и прочих групп общества.

Вот тогда начинать диалог и проводить новые выборы. У нас много достойных талантливых людей, и они справятся с этими задачами /…/".

По причинам правового характера письмо публикуется с сокращениями. Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.