Как воспринимают свою жизнь жители деревень Слуцкого района, как им живётся, какие проблемы волнуют, следят ли они за новостями и пугает ли их коронавирус? Эти вопросы «Кур'ер» задал жителям деревень Омговичи, Красное Село, Набушево и Весея. Вот что они ответили.

*Стиль речи собеседников и орфография сохранены

Деревня Омговичи (20 км от Слуцка)

Галина Брилевич, работник хозяйства:

Галина всю жизнь живёт в деревне Омговичи. Фото: Елена Бадьина
«Я всю жизнь живу в деревне. Работаю в колхозе. Прежде всего интересует сберкасса, которую закрыли. Теперь почта выездная, один раз в день бывает с часу до двух. Плохо — стоишь на улице, мёрзнешь. За один час, бывает, не успеешь подойти. Пришли, а уже — всё. Хотелось, чтобы хоть что-нибудь поставили, мы довольны бы были всему: или кассу, или банкомат, или сделали бы назад, чтобы почта была. Пришёл в любое время и заплатил.

Работаем, но работа не у всех, тяжеловато у нас с этим. Работы для молодёжи нет: кто в город ездит, кто в другие страны: в Россию, в Польшу. И мужчины, и женщины. В Россию хлопцы ездят леса вырубать.

Почту в Омговичах закрыли несколько лет назад. Жители мечтают, чтобы её снова открыли
Хотели, чтобы поставили кассу, чтобы школу не забирали. Говорят, что в следующем году закроют, дети должны будут на автобусах ездить в Весею, далековато. За детьми же следить нужно. Садик есть, но детей мало, пусть бы при школе сделали, было бы удобно.

Реклама

Раньше был свой ФАП, можно было при нём стационарное лечение пройти. А теперь есть, но туда не ложатся. Врач сменился. Раньше хороший доктор был, все о нём сожалеют. Он сам больной, но лечил хорошо. Теперь фельдшер, а врач обслуживает две-три деревни, придёшь — нету.

Для детей развлечений совсем нет. А куда детям идти? Вред только могут делать! Негде ни погулять, ни футбола никакого. Раньше возле школы ворота были, а теперь поубирали, где-то мальчика воротами убило. Летом все только возле домов гуляют, ни покупаться — водоёмы грязные, всё позарастало. Вот хорошо, что хоть от школы дают оздоровительный лагерь. В школе детям развиваться нечем".

Григорий, житель Омговичей:

«А какая тут жизнь? Деревня вымирает. Жителей — всё меньше, дачники, дачники, дачники. Всё позакрывали: КБО закрыли, почту закрыли, сберкассу. Какая тут жизнь может быть? Школа доживает, детей мало. Раньше частных коров больше двухсот паслось, а теперь — единицы. Дорого держать, сена негде покосить, за всё — плати.

Григорий говорит, что от большой деревни Омговичи мало что осталось. Фото: Елена Бадьина
Телевизор смотрю каждый день, новости все смотрю обязательно, до полтретьего ночи — Владимира Соловьёва. Жёнка ругается, что я новости постоянно смотрю. Россия нефти не даёт, а что — сколько нефти можно давать с России. Думали, что бесплатно всё будет? Вот в мировые цены и пришли.

Но у нас [в Беларуси] всё засеяно. Я тут ничего не скажу — он молодец. Вот я в Россию последний раз ездил — там заросшее всё, а тут — всё культурно. Молодец, Лукашенко, вот за это я его очень уважаю.

Коронавирус — это ерунда, но, с одной стороны, боюсь - «Великий камень», привезут работники сюда коронавирус.

Зима такая не нравится, морозца хочу, чтобы прошёл, подышал морозным воздухом. Это не зима — это сопли".

Галина, работник предприятия:

Галина считает, что для деревенского жителя работа нужна там, где живёшь
«Неудобство есть — на работу теперь возят, а раньше на месте было, пешком ходили и своё хозяйство успевали. А теперь утром увезут, вечером — привезут, в обед ничего не сделаешь. А бывает, что и машины вовремя нет, сидим, ждём. И рабочий день уже не семь часов, а намного больше».

Галина, пенсионерка:

«Главное, что плохо — почта не работает. Неудобно пожилым людям. Приезжает машина, жди её и зимой, и летом, час — два стоять. Люди и с той деревни (Красное Село — прим. редакции) приходят, ждут. Пока ты выйдешь — стоишь уже пятый, десятый. То приедут — компьютеры у них не работают, ну что это за работа. Ну почта же была у нас! Здание стоит. Пошёл в любое время: то одно платить, то другое.

Хорошо, что амбулатория есть. Теперь доктор, когда вздумается, тогда и приедет. Тот добрый был, на месте жил, нам было хорошо. Сочувствуем, что его нема. Спасибо, хоть фельдшер есть.

Новости смотрю по телевизору. Коронавируса не боюсь, что нам бояться, нам уж в «берёзки» собираться. Молодым надо бояться, внуки, правнуки растут. Вот за нефть с нас будут втридорога брать. Хоть и старые, но всё равно волнуемся, чтобы всё добре было".

Сергей Шиян, пенсионер:

«Меня волнует дорога, дорогу надо делать, лесхозовские 40-тонники разбили. Вчера грейдер пустили, а так — невозможно пройти. В снег никогда не чистят. Никому не надо.

Я пенсионер, живу на пенсию. Самое простое — коробка спичек — 5 копеек стоит. На хлеб и на спички хватает. Держим в основном курей, свиней невыгодно, корма дорогие. Колхозы поразваливали. Такие фермы стоят хорошие - пустые. Построили там где-то, Боровая, комплекс хороший, теперь всех туда возят. Пусть бы здесь люди работали, на месте. Тут остались только бычники.

Молодёжь нигде не работает, на заработки ездят или так, кому дрова поколоть, что почистить. Сколько тут той молодёжи, человек если десять наберётся. Сразу со школы улетучиваются в города, а здесь — ни работы, ни зарплаты. Больше 300 никто не зарабатывает, ну может трактористы.

Был «Агросервис», сейчас не знаю, как называется. Фирма обанкротилась, соединили деревни Гольчицы, Боровая, Шищицы, ну ещё какие".

Владимир Стряпунин, пенсионер:

«Меня волнует заросший водоём, и деревья возле моста посохли, не дай Бог, на головы свалятся, там же и дети ходят. Сельсовет просили и исполком, говорят: «Нету денег — и всё». Деревья уже вековые.

Новости постоянно смотрим. Коронавирус до Омговичей не дойдёт. От нас он далековато. Это в Борисове, Смолевичах китайцев много. А у нас — вряд ли.

Каждый день подорожание, а пенсии маленькие. Получаю 310 рублей за 40 лет стажа. Закрыли почту, амбулатория есть ещё, а доктор два раза в неделю — вторник, четверг — приезжает. Хоть бы почту не закрывали, приезжает на машинке, стоять на холоде на этом, мы на улице, а работник в машине обслуживает. Кто успел, тот снял, а кто не успел — в город надо ехать. Деньги на карточку переводят — а снять как? Через интернет как заплатить — у нас компьютеров нет".


Деревня Красное Село (16 км от Слуцка)

Валентина Павловна, пенсионерка:

«Одинокая уже осталась, одного, второго мужа похоронила, мне 76 лет. Ещё держу свинки, куры и собаки две, одна управляюсь. Телевизор не смотрю, зрение слабое. Скучно бывает, а куда деваться. Вот к машине продуктовой подойду, магазина своего нема, сгорел. К нам ходит во вторник, пятницу и четверг. Вот дошла до машины, муки взяла, перловки, молока. Готовлю сама.

Валентина держит небольшое хозяйство.
На лавочке не с кем и сидеть. Только я живу и через две хаты дядька мой с жёнкой, 84 года. Народу мало, на моей улице только в двух домах живут, приезжают только на лето. На зиму стоят пустые.

У меня есть проблема: чтобы дерево свалили, от ветру ветки падают, боюсь, что упадёт на хату, крышу побьёт, окна, придётся опять строиться. В сельсовете сказали: «Посмотрим», а когда — не сказали, а ветки уже ломятся. Ему уже столетие, наверное. Я в школу ходила, оно уже росло. А мне нема кому помогать".

Наталья, жительница деревни Красное Село:

«Да что тут за жизнь! Выглянешь — поздороваться не с кем. Я вот тут живу, мать досматриваю. Когда на работу нужно, машина приезжает, забирает».


Деревня Набушево (15 км от Слуцка)

Леонид, пенсионер:

«Здесь местных жителей осталось человек четыре — пять, пенсионеры. В основном — приезжие на сезон, побудут, посеют, посадят и уехали. Сколько тут точно домов, не скажу, но здесь в советское время коров 60 частных паслось, сейчас нет ни одной, года три назад от последней избавились. Конюшня была лошадей 70, трудились, работали, деньги зарабатывали. Ни одной молодой семьи нет.

Леонида мировые новости мало интересуют, зато он выписывает пять журналов
Я езжу то в Слуцке, то здесь: отдохну на свежем воздухе. Сегодня автолавка приезжала, к ней пришло человека четыре. Почту каждый день машина развозит, пенсии раздаёт. Кто на карточку получает — карточку обналичить можно в Весее или в городе.

Я выписываю журналы «Сад-огород», «Кормилец», «Лекарь», «Делаем сами», «Кур'ер» читаю, «Советскую Беларусь», «Хозяин» выписываю. В неделю, бывает, по 5−6 номеров приходит, перечитываю.

Зимой в Набушево только в четырёх домах живут люди
Телевизор смотрю. Коронавирусы — это опасные вирусы, и их надо своевременно приостанавливать. Для всех опасно, и для деревенских жителей. Овощи, фрукты покупаю, не боюсь, думаю, что фрукты все проверяются. Если бы причины были, то закрыли бы продажу, наверное.

Международные события сейчас меня особо не интересуют. Ну президенты встречаются, о чём-то договариваются, в хорошую, наверное, сторону".

Лидия Николаевна, пенсионерка, жительница деревни Набушево:

«Что говорить, у меня пенсия — 115 рублей. Как жить? Вот за вывоз мусора за всех берут. У меня сыновья прописаны, но я одна живу. У каждого может быть, что прописаны, но не живут. А здесь — только давай, только требуют. Ни одно разве у нас государство?

У Лидии Николаевны пять детей, но они разъехались. Она живёт одна на пенсию в 115 рублей.
Вот в Гомельской области дают адресную помощь, а тут — ничего. В райисполкоме была, говорят: «У нас такого нет». Почему там дают, а у нас — нет? Пятеро малых в школу ходили, я домохозяйка была. Как скажешь, сколько получаю — смеются, такой не бывает. Не получается прожиточного минимума даже.

Чуть крепше была, огород сажала, железо на коляске возила, а сейчас — слабая уже, давление 180. Да и посадить, посеять — деньги нужны, транспорт дорого. Такая жизнь. Трудно.

С кем разговаривать? Нету никого, одни дачники. Постоянных три-четыре хаты. С бабками общаюсь. Телевизор смотрю, говорят — хорошо всё. Надо, чтобы была минимальная зарплата человеку. А не подумали о том, как жить, у кого не хватает. Вот я получаю 115 рублей с копейками. У них же это отмечено: тому не хватает, тому, а им — по барабану.

Как живу? То один сын что-то купит, то другой, хлеба, муки, батона, масло, но у них свои дети, внуки. Бабушка должна внукам гостинцы давать, а у меня — нема".


Весея (9 км от Слуцка)

Андрей, житель Весеи:

Андрей не следит за новостями.
«У нас всё нормально. Жизнь такая: работа, дом, работа. Работа у людей есть. Садик, школа, почта — всё есть, нормально. Я сильно не вникаю в новости, обстановкой не сильно интересуюсь. Некогда. Работа, хозяйство, огород, некогда новости смотреть».

Наталья Арсентьевна, продавец частного магазина:

Наталья считает, что в агрогородке жить удобно: и работа есть, и медицинское обслуживание, и для детей есть школы и кружки
«У нас в Весее ещё нормально, жизнь удобная: школа, садик, КБО есть, до города недалеко. Единственная проблема — чтобы продлили маршрут автобуса «шестёрку», хотя бы до начала деревни. Обращались в райисполком несколько лет назад, но нам сказали, что «нельзя». Вообще добраться до города можно: ходит автобус пригородный, три рейса есть. Да и рабочие автобусы ходят, иногда подбирают.

Молодёжи в деревне много, хотя уезжают, конечно. Привыкли в городе работать, там выйти есть куда. Здесь кафе нет, столовая только праздники, банкеты обслуживает. Для детей много что есть: музыкальная школа, кружок рисования, танцевальный кружок. Дети наши ездят, выступают везде.

Покупателей в магазине достаточно. Не то, чтобы очередь стояла, но приходят, у нас хороший ассортимент.

Я особо за новостями не слежу, работаю допоздна. В деревне обсуждают сейчас вирус и цены. Все хотят, чтобы цены не поднимали, а зарплаты больше были. Это самые главные проблемы. Последнее, что меня задело, — про суд молодых людей, которые пенсионеров убивали".

Этот пушистый красавец тоже пришёл в магазин
Обновлено в 19.11. После перепроверки, в один абзац речи одного из собеседников внесено уточнение.

1
Комментарии: будем признательны за ваши отзывы.

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.
1 Авторы комментариев
It is 2015 Авторы недавних комментариев
It is 2015
Гость
It is 2015

При БСССР и СССР таких проблем не было.