Суд над бывшим военным комиссаром в Слуцке. О чём говорил Петровец на допросе

0
Суд над бывшим военным комиссаром в Слуцке. Петровец о взятке: «Проявил человеческую слабость»
Фото: Ольга Паздерина
Реклама

17 и 18 июля суд Слуцкого района продолжил рассмотрение уголовного дела в отношении Александра Петровца, военного комиссара Слуцкого и Стародорожского районов. В эти два дня давали показания сам подозреваемый, потерпевший Виктор Залужный и его сын Вадим, который проходит по делу свидетелем.


Напомним, задержанный в январе полковник обвиняется в получении взяток за освобождение от службы, подстрекательстве в преступлении и даче взятки.

После того, как свидетель Вадим Залужный ответил на вопросы гособвинителя, судьи, защиты и Петровца, стали допрашивать самого обвиняемого.

— С обвиняемым Шияновым как вы познакомились? — спросил прокурор Павел Нарута.
— Лично познакомился, наверно, когда заказывал крышу на летнюю кухню. Это было года четыре назад. Приехал к нему. Познакомились, заказал. Заказ принял. Ни о чём не говорили, только о заказе. <…> После этого мы не сталкивались никаким образом, нигде и никогда, — ответил Александр Петровец.

Реклама

<…>

— Свидетель Нешин. С ним как познакомились? — спросил прокурор у Петровца.
— В 2002 году я попал служить в железнодорожную бригаду, в 259-й отдельный мобильный железнодорожный батальон. Там проходил службу в должности командира взвода. Там и познакомились.

<…>

— С потерпевшим Залужным как были знакомы, какие были взаимоотношения?
— С Залужным познакомились мы… Я не помню, как он объяснял — на свадьбе 10 лет назад. Я тогда не при должности был. На свадьбе своим кругом общения общались, я его не помню. А познакомились мы по звонку этого же человека, с которым гуляли на свадьбе. Он позвонил: «С тобой хочет встретиться человек из Копыля». Я говорю: «Ну, дай мой номер телефона, пускай наберёт меня. Мы договоримся о встрече, подъедем и переговорим». Я вышел на авторынке, мы встретились и переговорили.

<…>

— С указанными тремя лицами ранее какие-то личные неприязненные отношения складывались?
— Никак нет.

— По вашему мнению, у кого-либо из указанных лиц имеются основания, чтобы вас каким-то образом обговорить, оклеветать?
— По Нешину и Шиянову нет, а у товарища Залужного, я думаю, есть. <…> Он просил у меня, чтобы я помог его сыну попасть на службу в резерве. Так я эту просьбу выполнить не мог, ни физически, никак, ни морально, никаким образом. Поэтому, наверное, он думал, что я могу это сделать, а не сделал.

Про потерпевшего Залужного

— По Залужному что вы можете рассказать? — спросил гособвинитель.
— Я уже начал рассказывать. Позвонили мне по телефону, якобы, потом он мне перезвонил: «Я нахожусь в Слуцке на авторынке». Он попросил помощи в консультации, потому что я в чужой военкомат лезть не могу и не буду. Я хоть и знаю Маргайлика (начальник обособленной группы военкомата по Копыльскому и Несвижскому районам — Прим.ред.), мы с ним служили, но такого у нас не принято. Это не этично, чтобы потом где-то что-то кому разговаривать, — ответил Петровец.

<…>

— Передайте, пожалуйста, тот разговор, который состоялся между вами и Залужным.
— Он меня спросил, можно ли предоставить отсрочку, потому что мы хотим поступать в милицию для дальнейшего обучения. Я говорю — я узнаю, позвоню Маргайлику, уточню, потому что я, говорю, картины не знаю. А то, что мы звоним друг другу, интересуемся, постоянно такое. Я позвонил. Он сказал, что отсрочка ему не положена в связи с тем, что он закончил обучение, заявление он не писал, чтобы поступать в дальнейшем. Всё, он идёт на призыв. Я так и объяснил человеку, что отсрочка не положена.

— Отсрочка от чего?
— От призыва на военную срочную службу и службу в резерве.

<…>

— Был призван на срочную военную службу в осеннем призыве 2017 года Залужный?
— Нет, не был призван.

— По какой причине?
— По причине, я думаю, в то время у нас был резерв, насколько я помню, ему просто не хватило места для призыва. <…> Нам приходит разнарядка, например, в эту часть призвать три человека. Комплектуем, даём. И так на каждую часть и обособленную группу есть такой план. В конце, получается, что мы укомплектовали все воинские части, а ещё остались свободные призывники. Мы пишем в личном деле и в протоколе — призвать на срочную военную службу, но не отправлен с связи с тем, что не было возможности в связи с укомплектованием всех воинских частей. Насколько я понял, так из-за этого и не призвали.

— Вы каким-то образом повлияли, чтобы его не призвали?
— Никаким образом. Я об этом не просил, ни к товарищу Маргайлику с таким вопросом не обращался, ни к высшему руководству.

<…>

Прокурор Павел Нарута попросил Петровца рассказать и про весенний призыв 2018 года. Он ответил, что повторилась такая же картина, и что никого за призывника Залужного не просил и ни к кому не обращался. После этого отец призывника Залужного приехал к Петровцу.

«Я ему набрал, сказал — приедьте ко мне, потому что звонки будут, — рассказал Петровец. — Он ко мне приехал и сказал — сын не призван, снят из-за отита. Ну, опять же, объяснил причину, почему его не могли призвать на службу в резерве, и объяснил, что надо сделать, чтобы призвать его на службу в резерве. В этот же момент он мне передал одну из сумок, которую я не просил. <…> Это была вторая сумка. Первая — во время ноябрьского призыва 2017 года».

Фото: Ольга Паздерина

Про взятку в $ 1000

— Шиянов. Тоже, пожалуйста, расскажите, куда и к кому обращался, по какому вопросу, — попросил гособвинитель у Петровца.
— В 2017 году договорились встретиться у меня дома. Шиянов Александр Анатольевич приехал ко мне домой. Тоже ради консультации. Я ему рассказал, что может быть с его сыном. Никаких договорённостей у нас с ним не было. <…> По итогам призывной комиссии его сын был признан годным к военной службе с ограничениями, статья только 12-я, графа последняя. Призывная комиссия Слуцкого района приняла решение призвать его на службу в резерве. Основания для этого были, здоровье человека слабое, заочник. Плюс была разнарядка тогда на службу в резерве. Насколько я помню, у меня было человек 8−9. И мы всегда создаём запас резервистов, потому что идут люди со слабым здоровьем, а на областном пункте их снимают, ответил Петровец.

<…>

Получилось так, что места ему не хватило, и что на призыв осенью 2017 года он не пошёл. Затем опять начался новый призыв. В апреле месяце Александр Анатольевич мне набрал. Говорит — подъедь. Я подъехал. Между нами состоялся разговор. Я говорю: «Чего ты волнуешься? Решение призывной комиссии есть — призвать на службу в резерве. Всё, он пойдёт на службу в резерве. Никто менять не будет, раз решение вынесено». «Ну, понимаешь, я бы не против, чтобы он служил, но супруга что-то сомневается, здоровье слабое. Давай его спишем» (Александр Шиянов сказал Петровцу — прим.ред.). Я говорю — я такими вопросами не занимаюсь, никогда в этом не участвовал, я не знаю. Говорю, может, что подумаю, может предпринять какие-либо действия.

Приехал через неделю или две, уже точно не помню. Ну, сказал, что сделать это можно, но… В первом разговоре, когда разговаривали, он (Шиянов — прим.ред.) сказал, что за деньгами дело не станет, если надо. Я приехал второй раз, озвучил сумму. После этого мы опять же с ним не встречались, ничего не делали. Не встречались, не обсуждали. И я ему не говорил ни о чём. То же самое, когда я говорил это, знал, что никаких шагов по отношению к Шиянову применять не буду, зная в том, что у него есть служба в резерве, и что в любом случае, как бы. Если даже не получится, у человека служба в резерве, не так уже и плохо для заочника.

<…>

Я ещё раз говорю, что я никаких шагов и не думал принимать и не принимал. Получилось так, что человека списали, я воспользовался случаем, проявил слабость человеческую.

<…>

По телефону договорился о встрече. Приехал в тот же день. Мне в магазине передали 1000 долларов США номиналом 100 долларовыми. Все было долларами, белорусских рублей не было. Уходя, когда получил деньги, я наверно сказал слова те, что «если б только от меня всё зависело, то может сумма другая была». Точно не помню. Но это было после того, как совершился акт передачи денег. Знал, что я смошенничал. Просто успокаивал и себя, хотел выглядеть в глазах Александра Анатольевича не обманщиком, не лгуном, а что-то делал. Поэтому сказал такую фразу. После этого мы не общались.

Петровец компенсировал всё

Защитник Петровца ходатайствовала за приобщение к материалам дела два платёжных поручения. Сумма, полученная обвиняемым Петровцом обманным путём, перечислена на стадии суда. Это:

  • 103,9 рубля — в такую сумму оценили продукты питания;
  • 2030 рублей — эквивалент 1000 долларов США по курсу Наубанка на дату оплаты.

Судебное заседание продолжается.

Ранее

Реклама

Комментарии: будем признательны за ваши отзывы.

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.