Суд над бывшим военным комиссаром в Слуцке. В показаниях свидетелей есть противоречия

0
Суд над бывшим военным комиссаром в Слуцке. В показаниях свидетелей есть противоречия
Фото: Ольга Паздерина

Во вторник, 9 июля, суд Слуцкого района продолжил рассмотрение уголовного дела в отношении Александра Петровца, военного комиссара Слуцкого и Стародорожского районов. Свидетели дают показания, вопросы им задаёт и сам Петровец.


РАНЕЕ. Как проходит суд над бывшим военным комиссаром в Слуцке. Репортаж

Напомним, задержанный в январе полковник обвиняется в получении взяток за освобождение от службы, подстрекательстве в преступлении и даче взятки.

Первый свидетель

Первым свидетелем выступил Максим Нешин, который выступил посредником между обвиняемым и Александром Я. (фамилия не указывается по просьбе свидетеля — прим.ред.), который хотел избавить своего сына от срочной службы в армии. Нешин служил в 2004 году и раньше был знаком с обвиняемым.

Реклама

По словам Максима Нешина, отвечая на вопросы прокурора, к нему обратился Александр Я., чтобы узнать — что сделать, чтобы его сына не призвали в армию. Это было в 2017 году. Нешин отказался. Я. просил помощи ещё несколько раз. В итоге Максим Нешин согласился: «Сказал, чем смогу, тем помогу».

«Спустя какое-то время зашёл в военкомат к Александру Михайловичу (Петровец — прим. ред.). Спросил, что можно сделать», — рассказал на суде Максим Нешин. Ходил в военкомат несколько раз. Ему сказали, что раз сын Александра Я. проходит комиссию, пусть проходит, что дело на контроле, помогут.

Нешин постоянно повторял, что не уточнял детали и не вникал в вопросы. Данные — фамилию, имя и отчество парня — он передавал через SMS.

Прокурор задал вопрос:

— Просил ли Петровец вознаграждение и благодарность?
— Не просил, — ответил Нешин.

— А вы что-нибудь передавали? — уточнил гособвинитель.
— За исключением денег ничего, — ответил Нешин.

«В определённый момент Я. спросил, что и сколько. Я поехал, позвонил Петровцу. Сказал, что он на службе. Я поехал к нему, спросил что, как, чего… Дал бумажку с <написанной> суммой 1500», — сказал Нешин. Он добавил, что якобы сумма может плюс-минус варьироваться.

По словам Максима Нешина, на бумажке других обозначений не было. Когда в следующий раз Нешин приехал к Я., тот дал ему $ 1800. Но передал Петровцу только $ 1500, когда приехал к нему домой в Варковичи. Нешин утверждает, что обещал вернуть лишние деньги Я. Это было осенью 2018 года.

И адвокат обвиняемого, и прокурор задавали вопросы свидетелю. В ответах он путался.

Обвиняемый Александр Петровец во время допроса свидетеля делал пометки в тетради, а потом воспользовался правом самому задать вопросы Максиму Нешину.

— Максим Алексеевич, вы первый ко мне обратились по поводу Я. — спросил Петровец.
— Да, — ответил Нешин.

— Тогда мне скажите такой вопрос Все вопросы решал только с вами?
— Да.

Адвокат перехватила вопрос:

— Обращался ли Петровец с просьбой, чтобы вы договорились о вознаграждении? Чья инициатива была передачи?
— Ну, как? Я. понимал… — ответил Нешин.

— Максим Алексеевич, как вам кажется, влиял ли я на Я. через вас о передаче денежных средств за мои услуги? — спросил Петровец.
— Нет, — ответил Нешин.

— Т. е. такого разговора не было, что давай поработаем с Я. Такого не было?
— Нет.

— А я вас склонял, чтобы вы взяли у Я. деньги и передали мне? — задал вопрос обвиняемый.
— Нет, — сказал Нешин.

— Рассказывал ли я вам, что я должен кому-то передать эти деньги? — спросил Петровец.
— Нет.

Судья Александр Шутко, выслушав все стороны, тоже поспрашивал свидетеля, а потом сказал, что поскольку имеются существенные противоречия в показаниях свидетеля, оглашается протокол допроса.

Текст протокола: «Допрос был произведён 22 декабря 2018 года. Свидетель предлагает сообщить об известных обстоятельствах по уголовному делу. <…> По поводу передачи взятки военному комиссару Слуцкого и Стародорожского районов полковнику Петровцу могу пояснить следующее: примерно осенью 2017 года, точной даты не помню. Но помню, что это было в спортзале СДЮШОР, где иногда играл в футбол, я встретился со своим знакомым Я. Александром, с которым был знаком более 10 лет.

Познакомился у наших общих знакомых на свадьбе. Отношения были у нас с ним приятельские, но дружбы с ним не было. Иногда пересекались в общей компании, а также встречались на футболе. Также он торгует одеждой, я несколько раз покупал у него вещи. При этой встрече на футболе он сказал, что его сына призывают в армию, он переживает за него, так как у сына проблемы со здоровьем. Также он, зная, что я служил в Вооружённых Силах, спросил у меня, могу ли я каким-либо образом помочь избежать ему сыну избежать службы в армии. На это я сказал, что даже не знаю, чем ему можно помочь, так как с таким вопросом не сталкивался. На этом наш разговор по этому поводу был окончен.

Далее через некоторое время, примерно в декабре 2017 года, снова где-то пересеклись с Я. Может быть даже на футболе. Александр снова меня спросил, могу ли я что-то сделать, чтобы его сын Владислав не пошёл в армию. На что я ему ответил, что у меня семейные проблемы и мне некогда этим заниматься. Так как действительно в это время у меня был сложный период. На этом мы разошлись, ничего не обсуждая.

После этого, примерно летом 2018 года. Когда именно это было, я также не помню. Мы с Я. случайно встретились в городе Слуцке. Когда именно это было, не помню. И он сказал, что в прошлый призыв сын получил отсрочку от армии по состоянию здоровью. Он боится, что этой осенью его заберут в армию. И снова спросил меня о том, могу ли я помочь решить вопрос, чтобы его сын не пошёл в армию. Я сказал, что у меня есть знакомый в военкомате, и я попробую с ним поговорить. Отмечу, что действительно знаком с военным комиссаром Петровцом, так как мы ранее с ним служили в одном батальоне, и далее иногда пересекали с ним по службе. Отношения с ним были с ним исключительно служебные. Никакой конкретики Я., кроме того, что попробую переговорить, я не говорил.

После этого в один из дней, не помню, когда именно, я зашёл в военкомат к Петровцу и спросил у него: «Есть ли возможность, чтобы сын одного моего знакомого не пошёл в армию?» На что Петровец ответил, что пока ничего сказать не может, пускай этот сын проходит медкомиссию. Отмечу, что никакой конкретики на этой встрече не обсуждалось, то есть я даже не называл фамилию призывника. Единственное, что я говорил, что ранее этот призывник получал отсрочку. У него имеются какие-то проблемы со здоровьем.

После этого мне несколько раз звонил Я. Александр и говорил, что его сына вызывают в военкомат и что говорят проходить медкомиссию. И спрашивал у меня, что делать. После этих звонков я созванивался с Петровцом (или заходил к нему лично) и спрашивал, что делать моему знакомому. На что Петровец говорил, чтобы они проходили медкомиссию, выполняли всё, что им говорят. Слова Петровца я также передавал Я. Когда именно и сколько таких разговоров было, я уже не вспомню. Могу сказать, что всё это происходило осенью 2018 года.

Также помню, что со своего номера телефона я отправлял SMS Петровцу с указанием сведений о сыне Я., а именно фамилию, имя, отчество и дату рождения. При наших разговорах с Петровцом он мне говорил, что всё держит на контроле, и чтобы сын Я. проходил комиссию. Никаких больше свединий он мне не рассказывал, то есть ничего конкретного, что именно он делал пом моей просьбе, не рассказывал.

Примерно в конце октября 2018 года, когда по просьбе Я. снова уточнял у Петровца при встрече в военкомате, как обстоят дела по вопросу Я. Я уточнил у Петровца, как быть с оплатой. На что он написал на бумажке 1500. Писал ли он ещё какие-то цифры, я уже не помню. Мне точно запомнилась цифра 1500. Я у него спросил, это в чём. На что ответил: «Не в белорусских же». То есть я поняла, что речь идёт о долларах США. Так же он добавил, что возможно придётся подключать людей в городе Минске, и возможно сумма будет больше. Снова же никакой конкретики он не говорил — ни что именно он делал, ни каких людей.

Я забрал бумежку, на которой была написала сумма, и через несолько дней встретился с Я.Александром. Через несколько дней встретился с Я. в его магазине, расположенном в ТЦ «Маяк» в горде Слуцке. Я показал ему бумажку с суммой, и он согласился с этой суммой. Также я передал слова Петровца, а именно то, что возможно денег понадобится чуть больше, так как возможно будут подключать других людей. Я. это устроило и он был согласен заплатить такую сумму.

Через некоторое время, а именно 15 ноября 2018 года, мне позвонил Петровец и сказал, что вопрос решился положительно — Владислав в армию не пойдёт. Я унего ещё переспросил, осталась ли ранее обусловленная сумма. Этом сумму я назвал карасями, то есть сказал 1,5 килограмма карасей. На что Петровец подтвердил эту сумму. Так же говорил, что подключал людей из Минска, поэтому возможно надо будет доплатить сверху. Он сказал мне подъезжать к нему на следующий день. На что я ответил, что этот вопрос надо решать сегодня, так как завтра я уезжаю в командировку в Бешенковичи. Поэтому мы договорились встретиться для передачи. <…>

После этого разговора я встретился с Я., заехал к нему домой. Адрес не помню. <…> В прихожей он передал мне деньги для Петровца. Никаких других людей при нашей встрече не было. Были только вдвоём. Я также передал слова Петровца, что возможно денег понадобится чуть больше, поэтому Я. почитал мне 1800 долларов купюрами по 100 долларов, а также 100 долларов передал мне в знак благодарности.

Я не хотел принимать эти 100 долларов и говорил, что мне ничего не нужно. Александр настаивал и сам положил их мне в карман. Я ему сказал, что все лишние деньги, которые останутся у Петровца, я ему верну, на что он согласился. Всё происходило около 19 часов. После встречи с Я. я сразу поехал к дому Петровца, который находился в деревне Варковичи возле Слуцка.

К дому Петровца я подъехал спустя минут 10 после встречи с Я. <…> Петровец был дома. Я разу же передал ему 1500 долларов, которые передал мне Я. Петровец их принял и пересчитал. При этом мы с ним ничего не обсуждали, а я только спросил у него, всё ли нормально. <…> На что он ответил — да, всё нормально.

Никаких вопросов не обсуждали, и вся наша встреча длилась от 2 до 3 минут. После этого я поехал домой, а утром выбыл в командировку в Витебскую область. 20 ноября 2018 года ко мне прямо в командировку прибыл сотрудник УБОП. Я написал явку с повинной, что передал Петровцу 1500 долларов США.

Отмечу, что оставшиеся 400 долларов изначально не успел вернуть Я., так как убыл в командировке. Рассчитывал их вернуть сразу после возвращения домой, что я и сделал 21 ноября 2018 года. <…> Я не собирался отставлять себе эти деньги, так как мы с Я. сразу обсудили этот момент, что все оставшиеся деньги я ему верну. Это всё что я могу пояснить".

Публикация дополняется.

Реклама

Комментарии: будем признательны за ваши отзывы.

Пожалуйста, авторизуйтесь чтобы добавить комментарий.