Когда государство откажется содержать предприятия-зомби

Когда государство откажется содержать предприятия-зомби
Банкротство слуцкого предприятия железобетонных изделий отправило на поиски работы полсотни человек. Фото: Алесь Достанко

Белорусские аналитики уверены, что пора прекратить денежные вливания в неэффективный госсектор. А вместо дотаций лучше направить деньги на создание инфраструктуры для бизнеса.

Согласно последним данным Нацбанка, по состоянию на 1 октября 2018 года доля задолженности госпредприятий в общем объёме необслуживаемых активов составила 58,1%. И если раньше государство могло себе позволить оказывать поддержку госсектору, то сегодня возможности эти очень ограничены. На последнем совещании с экономическим блоком страны глава государства потребовал ужесточить ответственность в отношении руководителей неэффективных госпредприятий.

Реклама

«Хочу напомнить: никаких поблажек быть не должно. И хватит мне вносить предложения по десять раз по тем предприятиям, которые ранее не выполнили обещанное», — сказал Александр Лукашенко на совещании с правительством.
Премьер-министр Сергей Румас разделяет позицию президента и считает, что надо вообще уходить от практики господдержки предприятий.

Зарубежные эксперты (МВФ и Всемирный банк) давно рекомендуют белорусскому руководству прекратить порочную практику реанимирования госпредприятий и вкладывания в них средств. Аргумент один — неэффективный госсектор тормозит экономический рост. Правда, власти всё равно не спешат предпринимать конкретные действия.

В ТЕМУ. Цикл публикаций «Город заброшенных заводов«

Господдержка по-слуцки

За последние четыре года в Слуцке обанкротили два предприятия. Первое — Слуцкая текстильная фабрика. Её ликвидировали 30 января 2014 года. Второе — Слуцкое УПТК (в народе предприятие сокращённо называют ЖБИ — завод железобетонных изделий). 13 декабря 2018 года Экономический суд Минской области признал его банкротом. Задолженность предприятия перед кредиторами к этой дате составила 4 889 300,14 рубля (в эквиваленте по курсу Нацбанка — около $ 2,3 млн). Окончательно ликвидировать предприятие должны к 12 декабря 2019 года.

В Слуцком районе господдержку получают более 30 предприятий. Минфин перестал публиковать отчёты деятельности ОАО на своём сайте с 2016 года. Но информация есть в открытом доступе на Едином портале финансового рынка. Если посмотреть годовые отчёты некоторых предприятий, то перспективы у них не радужные. Вполне вероятно‚ что среди них уже наметился будущий банкрот.

Например, Слуцкий агросервис, где доля государства составляет 96,5%. В последние годы ему оказывается гос­поддержка. В 2014—2017 гг. предприятие получило от государства помощь в размере 2 454 100 рублей. При этом в 2015—2016 гг. сработало с убытками в размере 2 886 900 рублей.

Слуцкий мясокомбинат последний раз получал чистую прибыль в 2008 году. На протяжении девяти лет её не было, только убытки. Размер господдержки, полученной мясокомбинатом с 2014 по 2017 год, составил 5 256 400 рублей. В то время как убытки за этот же период — 56 751 200 рублей.

26 февраля на предприятии прошло очередное собрание акционеров, где рассматривался вопрос о передаче части акций государству, хотя его доля на предприятии составляла более 90%.

На социальные аспекты может не остаться средств

Юрист Борис Лев, управляющий партнёр адвокатского бюро «Лев, Шерстнёв и партнёры», считает, что переходить к конкретным действиям властям сегодня не даёт социальный аспект.

По его словам, руководство страны балансирует между социальной защитой и экономикой, понимая, что, если сейчас прекратить оказывать поддержку нерентабельным предприятиям, их фактически можно отправлять на банкротство. А это повлечёт высвобождение рабочей силы, после чего люди останутся без работы.

«При этом я не считаю, что такой аспект оправдан, потому что за всем этим стоит в том числе и скрытая безработица. Люди числятся на работе, получают минимальную зарплату, но при этом они связаны этой работой и строят иллюзии вместе с властями, что предприятия, возможно, выкарабкаются и станут востребованы на рынке. А что на самом деле? Данные предприятия безвозвратно утратили способность конкурировать и фактически стоят на обочине рыночной экономики», — считает юрист.

И не надо за них держаться, продолжает он, надо дать возможность людям заняться бизнесом и кормить себя самим, а не требовать у государства поддержки.
Эксперт склоняется к тому, что у государства через какое-то время не останется средств заниматься социальными аспектами, и в первую очередь оно будет ставить экономические задачи.

Фото: Алесь Достанко
Фото: Алесь Достанко
Александр Швец, председатель Белорусской научно-промышленной ассоциации, полагает, что к неэффективным предприятиям нужно подходить следующим образом: смотреть, где находится предприятие и сколько на нём работает человек. Если оно расположено в Минске, на нём работает 300−400 человек и оно всё время поддерживается из бюджета, то его надо продавать либо закрывать, предлагает эксперт.

«Но если взять города, где по одному-два предприятия, на которых работает большинство занятого местного населения, то здесь нужно исходить из принципа: какое зло хуже, — отмечает Александр Швец. — Какие расходы будут больше: на поддержание действующего предприятия либо на социальную адаптацию, переобучение и создание новых рабочих мест в течение какого-то промежутка времени после его закрытия. И пока государство не видит второго пути, оправдано сохранение предприятия ради социальной составляющей».

Как определить, эффективно или нет

Эксперты уже предлагали оценить, какие из госпредприятий нужно ликвидировать в силу их полной нежизнеспособности, какие приватизировать, а какие ещё может спасти реструктуризация менеджмента.

Владимир Ковалкин, руководитель проекта «Кошт урада», довольно пессимистично оценивает все три перспективы.

«Если мы говорим об эффективном менедж­­менте, то здесь нужно понимать, что предприятия управ­ляются, в том числе чиновниками и исполкомами, кото­рые доводят показатели, — отмечает эксперт.

— Кроме того, руководство предприятий нередко занимается несвойственными ему функциями: тянет социалку, выполняет какие-то немыслимые поручения вместо того, чтобы зарабатывать и приносить прибыль».

Эксперт считает: какой бы ни был это специалист — инициативный, с дипломами МВА, какими бы супер частными предприятиями он до этого ни руководил, ему придётся встраиваться в систему и работать, как предписано в ней. Владимир Ковалкин не уверен, что кто-то из частников захочет приватизировать что-то после таких кейсов, как «Коммунарка», Оршанский авиаремонтный завод, когда в последнем случае президент принял решение о том, что частное предприятие стало одномоментно государственным.

По мнению руководителя «Кошта урада», риски тут настолько велики, что выгоды эти риски не покрывают. Вот почему реальный бизнес — тот, который «про деньги зарабатывать» — будет строить предприятия с нуля.

«Что касаемо банкротств, то этот вариант означал бы, что власти должны признать провал всей экономической модели Беларуси. Банкротить предприятия, в которые много вкладывали, это как стрелять себе в ногу. Удержать власть после этого крайне сложно», — замечает он.

Нет прибыли — нужно ликвидировать

Борис Лев в целом не видит смысла в создании экспертных комиссий для оценки эффективности госпредприятий, чтобы ещё вдобавок платить им деньги, снова тратить государственные ресурсы, когда на рынке есть главный критерий — прибыль.

«Если нет прибыли, то за счёт чего живёт предприятие? За счёт госдотаций. Не будет дотаций — не будет предприятия. Значит, если они кому-то нужны, продать их. Не нужны — ликвидировать, — замечает эксперт. — Лучше вместо дотаций направить деньги на создание инфраструктуры для бизнеса. Надо помочь создать уволенным людям рабочие места, чтобы они могли себя найти, а не сидели на заводе, получая видимость зарплаты».

В целом же, оценивая наиболее вероятный вариант событий на ближайшее будущее, эксперты сходятся во мнении, что предприятия и дальше будут угасать.

«Перспектива такая: будут продолжать существовать предприя­тия-зомби (вроде как живые, но и одновременно мёртвые, потому что они реально не работают). Плюс они все закредитованы, а с плохими долгами надо что-то делать. Соответственно, будут попытки все эти плохие долги отчасти переложить на госбанки, отчасти на бюджеты, местные и республиканские», — резюмирует Владимир Ковалкин.

3 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
It is 2015
It is 2015
28 февраля 2019 12:15

Не могу понять почему ЖБИ «не эффективный госсектор»?Зданий что ли не строится, что жб конструкции не нужны что ли?

It is 2015
It is 2015
28 февраля 2019 12:19

«что касается банкротств то это означало бы провал экономической модели Беларуси».Тоже странное утверждение. Как будто в экономике иСША (локомотиве МИРОВОЙ экономики) не бывает банкротств? Как будто в США не закрываются предприятия, нет трущоб (социалка), как будто не распродают с аукциона имущество прогоревших предпринимателей и их не выбрасывают на улицу без всяких соц. гарантий?.Означает ли это банкротство экономической модели США?

It is 2015
It is 2015
28 февраля 2019 12:24

Далее аналитики из статьи предлагают средства на реанимацию зомбипредприятий направить на развитие предпринимательства. Это как? это значит успешному предпринимателю отвалить на халяву деньги чтоб он стал еще богаче? или дать их начинающему ипэшнику? Но тогда нет гарантий, что начинающий ипэшник не пустит их на ветер. Чем будет тогда он отличатся от директора госпредприятия зомби? бизнесом надо уметь заниматься точно также как и руководить предприятием. если этого нет то раздаваемые на поддержку бюджетные деньги не спасут никого