Всё что нужно знать о «группах смерти» в «ВКонтакте» и корнях проблемы. В коротких цитатах экспертов

0
Фото: Даниил Туровский / «Медуза»

Учитывая, что читатели «Кур'ера» активно читают и обсуждают поднятую тему, мы решили не только показать, что происходит, но и объяснить, помочь нашим читателям наконец-то разобраться в вопросе.

Ранее: Опасные игры. Почему юные случчанки играют в «Синего кита» и «Беги или умри»

Продиктовано наше стремление ещё и тем, что некоторые комментаторы из-за недостатка информации по теме или после ознакомления с сомнительными источниками информации тиражируют домыслы, популистские лозунги, которые хоть и не умышленно, но могут деструктивно повлиять на других людей и на их восприятие проблемы. Подобные комментарии могут ещё больше усугубить невежество в вопросах, важных для здоровья и безопасности детей.

В подборку вошли цитаты из публикаций проекта «Медуза», одного из изданий, которые в русскоязычном сегменте интернета наиболее основательно работают с этой темой. Надеемся, они помогут вам развенчать мифы.

Реклама

Антрополог Мария Волкова, специалист исследовательской группы «Мониторинг актуального фольклора» Института общественных наук при РАНХиГС

«Для подростков „Синий кит“, как и „группы смерти“, выполняют функцию детской страшилки. Как в случае, когда подростки собираются вместе и кто-то говорит, что умеет вызывать Пиковую даму. „Синий кит“ — новый способ испугаться. Мотивы разные. Например, один подросток объяснил, что хочет напугать свою девушку, чтобы проверить, любит ли она его. Еще дети с помощью игры ощущают авторитет — задание у пятиклассника может попросить человек намного старше. Подростки конструируют правила в подобных играх здесь и сейчас, мотивы и идеи берут отовсюду. Так, практика игр в „группах смерти“ уходит корнями в культуру нетсталкеров, которая была популярна в 2013—2014 годах. Оттуда взят ряд образов, например „Тихий дом“». За время изучения сообществ не сталкивались «с чем-то, что сконструировано и придумано взрослым», а «кураторы» оказывались школьниками.

Не стоит думать, что взрослая культура менее мифологична, чем подростковая. Наряду с детскими страшилками существуют и взрослые. Когда взрослые интерпретируют детские практики и рассказывают друг другу о существовании страшной игры, убивающей детей, их рассказ тоже превращается в городскую легенду. В результате это может напоминать пересылку «писем счастья»: обязательно расскажи десяти своим знакомым — или случится что-нибудь плохое".


Александра Архипова, Мария Волкова и Анна Кирзюк, специалисты исследовательской группы «Мониторинг актуального фольклора» Института общественных наук при РАНХиГС

«Страшные истории о том, что игра „Синий кит“ подталкивает к самоубийству, представляют собой классическую городскую легенду, при этом существует явление остенсии, при котором человек воплощает в жизнь фольклорный сюжет, например, кто-то, наслушавшись историй про игру „Синий кит“, может создать соответствующий паблик. Историй о чем-то, что угрожает нашим детям, очень много. Например, совсем недавно интернет обошли предупреждения о „наркожвачках“, подкрепленные письмом из департамента образования, содержащим фальшивую ссылку на письмо из МВД. Другие пользователи обмениваются предупреждениями о 18 террористах из ИГИЛ или о „банде педофилов“, коварно заманивающих детей в машину. Во всех таких историях действуют анонимные враждебные силы, злодеи, чьи мотивы никак не рационализируются. Такие истории возникают, потому что речь идет о боязни потери контроля над детьми. Взрослые, погруженные в интернет меньше, чем подростки, воспринимают его как непонятную и опасную реальность».


Ранее: Смертельно опасная игра из соцсетей… «Синий кит» доплыл до Солигорска

Дмитрий Громов, ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН, доктор исторических наук

«Истории про „Синего кита“ — это разновидность легенды. Эпидемии слухов (в том числе, построенных по типу городских легенд) основываются на фобиях, существующих в обществе. Здесь может подключаться часто встречающийся у подростков интерес к тематике суицида. Но надо понимать, что молодые люди, которые интересуются суицидом, в подавляющем большинстве случаев к нему вовсе не стремятся. Для подросткового сознания это что-то вроде страшилок про Черную Руку или Синие Занавески, такая экстремальная грань, подходя к которой, можно пощекотать себе нервы, а потом обсудить это в кругу сверстников. Для подростков такая деятельность — часть процесса освоения мира».

По словам Громова, самоубийства подростков (включая тех, которые участвовали в играх, подобных «Синему киту») происходят по другим причинам: «Несколько лет назад была подобная волна — кто-то из депутатов сказал, что есть субкультуры готов и эмо, из-за которых происходят самоубийства, и если мы запретим готов, то суицидов станет меньше (депутаты Госдумы действительно обсуждали такой запрет в 2008 году, хотя этой молодежной культуры в то время уже практически не существовало — прим. „Медузы“). Подростковый суицид — большая социальная проблема, обусловленная множеством факторов; эта проблема существует независимо от игр и мало с ними связана».


Профессор Евгений Любов, руководитель отдела суицидологии московского НИИ психиатрии

«Группы смерти»: это патологические сообщества несчастных детей, нуждающихся во взаимопонимании.

«Основная клиническая причина суицидов — нераспознанная, невылеченная депрессия, которая обычно начинается в подростковом возрасте. В этот период жизни она бывает невыраженной, фрагментарной, поэтому дети, как правило, говорят не о сниженном настроении или чувстве вины, а о внутренней пустоте и скуке. Такие особенные дети одиноки, окружающие подростки гнобят их. Но они все же нуждаются в компании и ищут ее в Сети, где объединяются в группы таких вот изгоев. И все-таки нужно подчеркнуть, что нельзя никакими ухищрениями заразить суицидом или безумием — хотя СМИ могут подсказать суицидальный сценарий человеку, который находится на грани».


Подробно на эту тему:


P.S. Существуют исследования, согласно которым социальные сети могут повлиять на суицидальное поведение человека; при этом ученые оговариваются, что соцсети могут оказать влияние лишь на тех, кто уже находится в группе риска. Иными словами, материалы, опубликованные в соцсетях, могут послужить триггером суицида, но не его причиной.

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии