Надолго или навсегда. Почему в экономике Беларуси больше никогда не будет «как раньше»

2

После резкого пике белорусского рубля вслед за российским властям и экспертам пришлось задуматься не только о том, что делать с текущими резко обострившимися проблемами, но и как жить дальше.
В очередной передаче «Экономика на пальцах» Сергей Чалый, белорусский экономист и аналитик, пришёл к выводу о том, что происходящие в экономике вещи «настолько заравновесны, что привычным способом проблемы не решить».

Додевальвируемся

В ближайшее время, предполагает эксперт, «нас ждёт короткая игра на то, что белорусский рубль додевальвируется к российскому». Как ранее сообщалось, на середину января текущий разрыв в динамике девальваций российского рубля и белорусского рубля составлял 12%: с 31 декабря 2013 года по 16 января 2016 года официальный курс белорусского рубля к доллару снизился на 108,9%, а курс российского рубля к доллару за это время упал на 133,9%. Динамика последних торгов, когда рубль укреплялся к доллару и евро, но заметно дешевел к российскому рублю, подтверждает справедливость предположения Чалого.

Он отметил, что признаки достижения ценами на нефть дна уже есть, но рост их до 50 долларов за баррель, то есть до цены, исходя из которой рассчитывался бюджет Беларуси, мало реален.

Реклама

«Происходящие с нефтью вещи настолько заравновесны, что нормальным способом проблема не решается. Корректировка бюджета, которая требуется, столь велика, что непонятно, как её осуществить в существующих условиях», — уверен Сергей Чалый. В качестве примера он приводит ситуацию в России: бюджет выстроен исходя из цены 50 долларов за баррель. При цене 25 долларов получаются выпадающие доходы в размере 3 трлн российских рублей. «Секвестр многих статей обсуждается в пределах 10% — это всё, что сумели наскрести. Но это даёт экономию всего в 0,5 трлн рублей», — продолжает эксперт.

В этих условиях, уверен он, на первый план выходят более долгосрочные вопросы макроэкономической политики.

«Завершается нефтяной суперцикл, и снижение цен создаёт качественно и количественно иную ситуацию для всех экономик, в том числе белорусской и российской. Поэтому, когда мы ведём речь о корректировке бюджета, первая реакция — бухгалтерская. Обрезать расходы. Но сейчас невозможно их урезать так, чтобы это существенным образом не поменяло структуру экономики, весь сложившийся баланс», — отметил Чалый.

Причём, добавил он, если позволить ситуации решаться самой собой, то решится она катастрофическим образом. «Может поменяться всё: уровень доходов в реальном выражении, структура потребления, всё будет абсолютно другим. Это то, что в физике называют переходом в другое агрегатное состояние», — подчеркнул Чалый.

160204_ekanomika

Диагноз — инвалидность

Он считает, что в сложившейся ситуации нужно искать новые источники доходов, так как «нет политического и экономического решения, которое бы позволило бухгалтерским путём обеспечить некое равновесие».

«Даже если ключевые факторы, вроде цен на нефть, вернутся к нормальным значениям, экономика получает перманентные долгосрочные повреждения. Это очень опасная ситуация, когда здоровье оказывается подорванным если не навсегда, то надолго», — подчеркнул он.

Беспокойство экспертов вызывает то, что рассчитывать на традиционные источники доходов не приходится. К примеру, очевидно, что Беларусь не сможет извлечь ожидаемые выгоды от ЕАЭС: в частности, поступления от пошлин на нефтепродукты ожидались в размере 3 млрд долларов в год, но из-за падения цен сумма превратилась примерно в 1 млрд.

Цены на газ и нефть для Беларуси уже мало отличаются от европейских — сверхприбыли нет, цены на хлоркалий снижаются. Падает и прибыль НПЗ. По данным Минфина по итогам трёх кварталов, Мозырский НПЗ удержался в тройке лидеров, увеличив прибыль на 42,2% к аналогичному периоду 2014 года, до 3,3 трлн руб­лей, но эта прибыль заметно снижалась от квартала к кварталу. А вот второй НПЗ, «Нафтан», традиционно больше работающий на внутренний рынок и обеспечивающий сырьём химическую промышленность страны, прибыль заметно снизил. Сперва Минфин сообщил, что чистая прибыль «Нафтана» упала на 61,8%, до 413,5 млрд руб­лей (6-е место в стране), но потом данные уточнили, и предприятие откатилось на 132-е место с чистой прибылью всего 15,1 млрд.

«Наша экспортная корзина деградировала, сконцентрировавшись на сырьевых секторах. А сейчас выяснилось, что дойные коровы уже не дойные! А конкурентоспособность остальной экономики падает», — констатировал Чалый. Он напомнил, что в 2009 году, когда принималась предыдущая программа с МВФ, в Беларуси была издана целая серия указов, ослаб­ляющих контроль, удавку на шее бизнеса.

«Но с тех пор всё изменилось радикально — государство дотянулось до всего. Контроль стал настолько тотальным, что всё работало, только пока были отрасли, которые вытягивали остальных. Эффективность экономики постепенно снижалась, и теперь она находится в ситуации не только циклического спада, но и долгосрочного системного отрицательного тренда. В итоге те, кто мог тянуть, уже не тянут, а вся остальная поляна вытоптана контрольными и карательными органами», — подчеркнул эксперт.

В 90-е преобразования начались со свободы торговли — государство ослабило давление на тех, кого уже не могло прокормить. И это правильно, считает Сергей Чалый. При этом, добавил он, речь не идёт, к примеру, об откате назад в требованиях к ипэшникам.

«Это умирающая натура, — уверен он. — Речь о том, чтобы вернуться хотя бы к 2009 году, об ослаблении давления на малый, средний, крупный бизнес — нужны механизмы позитивной адаптации, новые источники роста». Пока же у нас индекс делового оптимизма превратился в индекс делового пессимизма: бизнесу не нужны ни деньги, ни кадры. Если настолько велика неопределённость краткосрочных планов, эксперты рекомендуют заняться выработкой стратегии, вопросами будущего. В России, к примеру, обсуждаются два варианта — либо жертвовать потреблением, оставляя бизнесу больше денег на развитие, либо поддерживать конечное потребление, которое, возможно, потом создаст спрос на новое производство.

«Это выбор политический, долгосрочный, стратегический. Но просто механическое урезание расходов — это путь заравновесной негативной катастрофической адаптации. Это риски критического повреждения экономики. Надо искать источники роста. Но это будет другая страна, другие машины на улицах, другие продукты в магазинах, радикальное сокращение промежуточного импорта», — резюмировал Чалый.

2 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Экономист
Экономист
9 февраля 2016 09:50

Всё-таки пришлось задуматься
но задуматься это не значит что-то сделаешь

Даешь продуктовые карточки

Генадзь
Генадзь
9 февраля 2016 22:58

«Беларусь сегодня» (СБ) от 17декабря 2015 года. Интервью с доктором экономических наук профессором БГУ Иваном Михайловичем Лемешевским. Журналист СБ Артем Буравский задает вопрос:— Но почему в реформаторских построениях С. Ткачева и других авторов всегда на первом месте оказывается денежная эмиссия? Профессор Лемешевский отвечает:-Скорее всего у таких авторов нет умения, а может, и желания, складывать и приумножать национальное богатство. Лучше у них получаются другие арифметические действия — отнимать и делить. А механизм денежной эмиссии вполне подходящий для этого инструмент. Классно сказано, да! Так вот сейчас экономикой рулят те, кто привык отнимать и делить. И пока их не поразгоняют, пока на их место не наберут новых — толку не будет. И мясниковичам верить не стоит — они ежели и говорят о приватизации, то под этим подразумевают, что хотят раздербанить все по типу как в России,… Подробнее »