Юрий Гаврильчик: Слуцк заслуживает большего

4
Юрий Гаврильчик. Фото: Наталия Жаврид

В рамках редакционного проекта «Правила жизни» Юрий Гаврильчик, управляющий слуцким отделением «Белагропромбанк» с 1987 по 2006 годы, в интервью газете «Кур'ер» рассказал каким был начальником, почему сегодня не вернулся бы на прежнюю должность и чего боятся белорусы.

Детство было голодное и нищее: на 25 квадратных метрах мы жили всемером — двое родителей и пятеро детей. Мне, кажется, что и сегодня болят рёбра от тех деревянных кроватей, на которых мы спали.

С выбором профессии в наши времена было просто — все шли в лицеи. Помню, мама сказала: «Сынок, иди туда, где будут кормить и одевать».

Юрий Гаврильчик. Фото: Наталия Жаврид
Юрий Гаврильчик. Фото: Наталия Жаврид
Позже мне захотелось развития, и я решил пойти учиться банковскому делу. Банкир — звучало гордо и престижно.

Реклама

В других странах банкиры — обеспеченные люди, а в нашей стране — как все. В советские времена мы даже бедствовали. Моя зарплата как управляющего банком никогда не была выше, чем у руководителя промышленного предприятия.

Но я был окрылён своей работой. За день я мог пообщаться с уймой людей, занимающих престижные должности. Как они меня все обогащали! Ведь с кем поведёшься, от того и наберёшься.

Путь к сердцу клиента лежит через доброжелательность и отсутствие высокомерия. И самое главное: когда человек идёт просить у тебя — не оставить его с чувством униженности.

Самый приятный период работы — распад советской системы. Вместо общего котла — у каждого своя премия и зарплата. Вот стимул работать! Сейчас этого стимула не хватает.

Из грязи в князи — это не карьерная лестница. Чтобы стать управляющим банком, нужно пройти каждую ступеньку и проработать, как минимум пять лет.

Я никогда не был большим начальником. Я был «своим». Мой кабинет всегда был открыт для приёма. Никаких графиков!

Лишать людей денег — это не по-человечески. Я за 20 лет работы только один раз написал приказ на лишение премии на 5%. Проучить можно и словом. Помню, одна из сотрудниц опаздывала на работу, а я, шутя, сказал: «Начальство задерживается». Она так покраснела, что уже и выговор не нужен был.

Я был начальником, который ездил на велосипеде, отказавшись от автомобиля с личным шофёром. Все вокруг удивлялись, а меня прогулки заряжали колоссальной энергией.

У банкира на пенсии нет вкладов. Остались только гробовые деньги. Я никогда много не зарабатывал, чтоб откладывать.

Лучше жить скудно, чем быть кому-то должным. Мы с женой всегда жили по средствам: ни долгов, ни кредитов.

Я четыре раза переезжал. Первый переезд был самый сложный. Без поддержки жены я бы не справился.

Изначально Слуцк мне не понравился. Я ещё подумал: куда я попал, где мои вещи? (улыбается). Но у этого города есть другие преимущества: производство и клиентура. Это меня и покорило, как финансиста.

Экономически Слуцк заслуживает большего. Но его постоянно обдирали. То приказывали одним соседям дать, то другим. Так с большого пирога только шиш и доставался.

Кризис в Беларуси не в малой мере связан с Россией. Но мы будем за неё держаться, потому что Россия — наш единственный источник поддержания нынешнего уровня. Хоть он и не высок.

Российский рубль в банках держится волевым путём. Приказали стоять — вот он и стоит.

Белорусы не верят ни государственной политике, ни надёжности банков. Чуть что — бегут забирать свои вклады. Каждый на взводе и следит за своей копейкой.

Я бы сегодня не вернулся на прежнюю должность. Не смог бы мириться с решениями власти, которая мешает правильно управлять банком.

Белорусы мирятся с властью, потому что им важно, чтобы было тихо и мирно. Мы никогда не знали лучшей жизни и всегда были под чьим-то управлением: под Польшей были, под Литвой были, под Россией до сих пор остаёмся.

После того, как белорусы были рабами на протяжении тысячи лет, у нашей нации развился страх перед ответственностью.

Жизненная политика проста: быть полезным и не вредить.

Мы с супругой вместе уже 52 года. Мне очень повезло с ней. Она меня боготворила, возможно, именно поэтому я добился хороших результатов в работе.

Жена — настоящая хозяйка. Я никогда не знал, что такое питаться в ресторанах или столовых. Молю Бога, чтобы я ушёл из жизни первый, потому что без неё я не справлюсь.

Счастье — это, конечно, божий дар. Но научиться быть счастливым тоже можно.

Любимые книги те, которые основаны на реальных событиях, чтобы в это можно было поверить.

Я — человек расчёта. Пока все варианты не передумаю, спать не лягу.

В компании незнакомцев самое трудное — найти изюминку в каждом человеке.

Самым ярким воспоминанием в моей жизни было знакомство с Ленинградом. Город меня покорил. Музеи, архитектура, а люди какие приветливые!

На пенсии главное — найти себе применение. Я своё уже нашёл давно: моё второе призвание — пчеловодство.

Наталия Жаврид

Интервью с Юрием Гаврильчиком (январь-2006): «Банк — это не мёд

— Откуда Ваша способность видеть перспективу, в частности, то, что нашим банкам нужно делать ставку на работу с населением?
— Изучение мировой практики. Были поездки за рубеж, в частности, в Германию, где я много общался с коллегами. На Западе у каждого человека открыт счёт, причём, как правило, — не один. Счета есть даже у школьников. Рано или поздно, но мы придём к этому. Потому в этой сфере банки должны усиленно работать.

Кур’ер» продолжает проект «Правила жизни». Ждем ваших предложений на info@kurjer.info об интересных героях.

4 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Лена
Лена
7 июня 2015 20:24

Оставил приятное впечтление о себе

Андрей
Андрей
8 июня 2015 13:28

Хороший человек. При любой возможности себе не забудет, но и про своих работников — никогда.

Fak
Fak
8 июня 2015 19:05

Да не было в 1987 году такого банка, он только в 1996 появился.

Генадзь
Генадзь
9 июня 2015 13:03
Ответить на  Fak

Ну, был Агропромбанк СССР. Ну так и СССР уже нету.