Весенние этюды

1

Весна всегда сопутствует накоплению душевного потенциала и предоставляет огромное поле для творческого манёвра. Не волнуют стихи? Пишите прозу! Не вдохновляет проза? Сочините поэму! Пробуйте любые стили, синтезируйте, не бойтесь быть разными, удивите окружающих — и успех вам обеспечен. Вера Шут, ведущая рубрики

Не просто любить

Ольга Костюковец

Беда — не подарок, а счастье — не радость,
Соль не горит, а сахар — не в сладость,
Нищий не плачь, а богатый не смейся,
Яд не струись, а водка не лейся.
Белый не свят, а чёрный не грешен,
Клоун — работа, убогий помешан.
Смерть — не цвети, а жизнь — не сдавайся,
В небе не рай, но сбежать не старайся.
***
Кахаць — не проста любіць,
А пакутаваць дзень у дзень…
Кахаць — не песню спяваць,
А маўчаць, нібы цень…
Кахаць — як ляцець без крылаў
І падаць бясконца на дно.
Кахаць — гэта значыць, жыць,
Адбіўшы на сэрцы кляймо…
***
Я своё сердце сожму в кулак,
Чтоб не рвалось и не билось так.
Его я лучше порву на куски,
Чтобы не знало оно тоски.
Его я спрячу от лишних глаз,
От наглых лиц и от колких фраз,
От глупых чувств и от подлых невежд,
И от напрасных моих надежд.
Запру. Закрою. И разобью.
А вместе с ним и мечту свою,
В порыве сердце сожгу дотла,
Чтобы осталась одна зола.
Я своё сердце с места сотру
Или укрою в каком стогу,
Чтоб не узнать, как оно болит
От тяжкой грусти и от обид.

Реклама

Уходящим слово

Алексей Урбанович
Ночь дышала порывами ветра, мягко обнимая две фигуры, слившиеся в одну. Время упрямо бежало вперёд, унося мгновения на полах своего серого плаща. Время не хотело остановиться, и секунды убегали всё дальше и дальше, становясь прошлым. Приятным, радостным, наполненным ударами сердца и взглядами ждущих глаз, но всё же прошлым. Недостижимым.
— Ты зайдёшь?
— Извини, ты же знаешь. Завтра…
Распахнувшаяся бездна синего омута её глаз, вздох, улыбка. Серебро колокольчиков в её голосе.
— Не надо, я знаю. Для тебя это важно. Тогда… завтра?
Ты не можешь ей ничего сказать. Стоя под начинающимся дождём, противным зимним дождём, ты чувствуешь, что ничего говорить не надо. Где-то заиграла музыка. «Чардаш», — отстранённо думаешь ты. И видишь, как танец рождается в глубине её глаз, как трогает уголки губ лёгкая дрожь. Она помнит, помнит тот день, когда вы танцевали; неумело, но не стесняясь никого, с лёгким сумасшествием в каждом своём движении, вы пронзали миры, творя новые. Любовь?
— Иди, тебе пора, — говорит она и легко взбегает по ступеням своего дома. Игривая улыбка, воздушный поцелуй — и вот ты уже стоишь один. Ночь покровительственно похлопывает по плечу, молвит: «Двигай, сегодня ты у меня в гостях.» Да, сегодня ты и ночь заодно, и тусклые звёзды, изредка проглядывающие из-за туч, тоже смотрят сверху. Как жаль, что звёздам всё равно.
Почему тебя что-то тревожит? Быть может…
— Эй, слушай, брат, дай огоньку! Подойди, брат!
…А потом ты ползёшь, не видя ничего вокруг. Только грязный снег перед лицом, пронизывающий ветер в голове и стук сердца. Загнанная лошадь с кровавой пеной у рта. Сломав ногти, избитыми пальцами ты подтягиваешь себя ещё на один сантиметр. Ещё на один сантиметр жизни, которая сочится сквозь рубашку, оставляя чёрные следы на распахнутом пальто и сером снегу. «Пустота мыслей и холод,» — вот о чём ты думаешь сейчас. Пус-то-та. А рядом на мягких лапах, не оставляя следов, ступает страх, время от времени проводя когтем по твоей спине. Ты не думаешь о направлении, а просто убегаешь, карабкаясь и цепляясь за мокрый асфальт, как за последнюю надежду. Она — твоё связующее звено с миром. Потому что в ушах уже хохочет обезумевшая вечность, бесконечно возводя себя в квадрат.
…Звуки уже не рождаются, ты просто лежишь, уставившись на равнодушные звёзды, и жалеешь об одном. О том, что не взял мобильный телефон. Скорая? Нет, пустое. Оставьте, господа, гусары не умирают. Ты бы позвонил Ей и рассказал о равнинах Шотландии, о балладах ветра и плаче грозы. Она не страшная, эта гроза, она тоже хочет любить. Просто не может по-другому.
Ты бы сказал ей те самые слова, которые так долго искал, а она снова рассыплет весеннюю капель своего смеха и назовёт тебя фантазёром. И в сотый раз тебе покажется странным и удивительным, что с ней так уютно просто молчать. Молчать, слыша её чувства внутри себя. Любовь?
Она спросила бы: «Что случилось?»
— Ничего, — ответил бы ты, сжимая зубы от боли. — Я просто хотел тебя поблагодарить. За то, что научила меня летать и видеть солнце за облаками. Ведь это так просто — смотреть и увидеть.
Ты бы рассказал ей о воздушных змеях, парящих высоко в небе, ликующих, но лишённых свободы. И пообещал бы, обязательно пообещал бы, перерезать все нитки у всех змеев на свете. И вдвоём вы бы смотрели в небо, наполненное радугой бумажных скитальцев. Как грустно, что всем им предстоит упасть, но она об этом не догадается. И ты бы пожелал ей спокойной ночи, из последних сил роняя слова и капли крови.
Поэтому тебе ничего не остаётся, кроме сожаления. Ты открываешь глаза широко-широко, делаешь глубокий вздох и летишь. И вечность недоуменно замолкает позади, смутившись от собственного безумия…
— Алло! Привет!
— Здравствуй, любимая.
— Ну, как ты?
— Хорошо. Знаешь, действительно хорошо. Здесь тепло и тихо. Очень тихо. Тс-с-с-с…

Своим чередом

Мария Тишкевич
Ночь. Лёгкий ветерок, нежно лаская, успокаивает деревья. Тихий шелест чуть слышным шуршанием, мягко касаясь крон, проносится вдоль улиц. Юные деревца плавно покачиваются в своих невидимых колыбелях. Всё спит: спят дома, спят мосты, реки, спят беспокойные машины, спят улицы, как матери отдыхают ночью от дневных забот, и только фонари не спят. Мягко рассеивают свет, одаривают золотой сонной пылью. Как по волшебству всё погружается в волшебный мир грёз, и до утра весь мир под властью этого золотого свечения и белой луны…

1 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Татьяна
Татьяна
8 апреля 2010 19:04

Алексей Урбанович, Вы должны чаще радовать нас такими чудесными вещами…))!!!