По пьяным лавочкам

0

Угодить в вытрезвитель совсем не сложно. Главное — напиться и отправиться искать приключений. Приставайте к прохожим! Валяйтесь на земле! Справляйте нужду в неположенном месте! Выходите на проезжую часть дороги! Если вы будете следовать этим инструкциям, мечта о вытрезвителе очень скоро воплотится в жизнь. Вас подберут наряд патрульно-постовой службы, ГАИ либо представители охраны. И доставят по долгожданному адресу.

Чтобы узнать, что там внутри, корреспондент «Кур'ера» все же не рискнула исполнять эти инструкции. Тем более что руководство Слуцкого РОВД спокойно «дало добро» на написание репортажа из местного вытрезвителя. Время для визита в это специфическое заведение было выбрано, как я надеялась, самое подходящее — вечер пятницы.
— А вот и нет, — слегка расстроил меня Сергей Райкевич, исполняющий обязанности начальника вытрезвителя, — в последнее время, как ни странно, самым напряженным в этом плане является понедельник. Этому тоже есть объяснение. Люди в выходные дни что-то отмечают, веселятся, пьют. В понедельник идут на работу. Дотянув до конца рабочего дня, бегут опохмелиться. Порой, прямо возле магазинов, на лавочках… Там же их и «развозит» до неприличия. И потом события развиваются, как правило, по двум сценариям. Если повезет, перебравший человек проспится где-нибудь под кустом и невредимым придет домой. Но зачастую выходит по-другому. Пьяные часто становятся жертвами как своих собутыльников, так и случайных воришек, попадают в дорожно-транспортные происшествия, создают аварийные ситуации на дорогах.

Первая «ласточка»
Первого в этот вечер клиента привезли с вокзала в 17.30. Мужчина заснул прямо на лавочке. Вместе с ним в вытрезвитель был доставлен и его багаж — два полиэтиленовых пакета с вещами и продуктами. Видимо, мужчина совершил шопинг на рынок, встретил пару-тройку друзей и, как водится, замочил встречу…
— Это еще хорошо, что собутыльники не успели растащить все его покупки, — говорят сотрудники вытрезвителя. — Вот проспится и поедет домой, как огурчик, — трезвый, с покупками, в целости и сохранности.
Процедура размещения клиента начинается с опроса. Правда, как такового разговора не получается в силу сильного опьянения последнего. Но главное сотрудникам вытрезвителя удалось-таки узнать.
— Я Владимир Владимирович! Я хороший человек! — заплетающимся языком несколько раз подряд повторяет мужчина.
— Очень хорошо! Хороший, так хороший! Мы очень рады! — как с ребенком общается с ним Руслан Адаменко, фельдшер медвытрезвителя. — Сейчас измерим давление, и будет еще лучше!
Осмотр Владимира Владимировича длится недолго. Клиента раздевают до нижнего белья, фельдшер измеряет ему давление, проводит осмотр на предмет ушибов и ссадин, интересуется, есть ли жалобы…
— Плакать хочется от такой жизни! — заявляет Владимир Владимирович и, отказавшись от алкотеста, в сопровождении сотрудника вытрезвителя шествует в палату, где его укладывают на койку и накрывают одеялом.

Реклама

Опасная работа
— То, что он отказался от освидетельствования, — ничего не значит, — отмечает Руслан Адаменко. — Степень опьянения итак определить несложно — по походке, запаху, зрачкам, поведению. Другой вопрос, что с третьей — тяжелой — степенью опьянения мы здесь людей не оставляем — отправляем в больницу. Они нуждаются в медицинском вмешательстве. А у нас — просто отрезвление. Наши клиенты имеют среднюю степень опьянения — 1,5−3 промилле.
— А вот этого Владимира Владимировича каким бы вы назвали, буйным или спокойным клиентом? — спрашиваю я.
— Ой, все бы такие были, — улыбается собеседник. — Вы еще буйных не видели! Пьяные — люди неадекватные. Есть такие, что пытаются драться, норовят ударить. А сколько слов матерных и угроз слышим в свой адрес! С такими клиентами нужно быть начеку.
— Фактически никаких рычагов для усмирения пьяной удали у нас нет, — вступает в разговор Сергей Райкевич. — Работаем только личными убеждениям и увещеваниями.
— Да, работникам вытрезвителя приходится быть и психологами, — продолжает Руслан Адаменко. — С пьяным человеком нужно уметь просто поговорить, убедить, найти общий язык. В работе с некоторыми из них такой подход помогает. Они успокаиваются и соглашаются лечь отдохнуть.
В тоже время, как и в любом другом медицинском учреждении, отвечаешь за жизнь своих подопечных. В течение ночи нужно наблюдать за их состоянием, чтоб плохо не стало, подойти пульс проверить и т. д. Ведь всякое бывает: и приступы эпилепсии, и судороги, и рвота…


По мнению сотрудников медвытрезвителя, никто не застрахован от передозировки спиртным, а значит, и от визита в их заведение

О женщинах
Второго клиента вытрезвителя доставили с улицы Ленина, где тот «отдыхал» прямо на земле. При опросе мужчина вел себя вяло. Ну что еще можно от него ожидать: разбудили, подняли, увезли куда-то… Ясно, что был недоволен этим обстоятельством, но без сопротивлений отправился спать. Все, что смогли записать в протокол сотрудники вытрезвителя — это фамилию, которую новый постоялец с трудом выдавил из себя.
А мы продолжили разговор. Меня заинтересовала женская сторона вытрезвителя, и мои собеседники, услышав вопрос, нервно заулыбались…
— Ох, лучше уж 50 мужчин отрезвить, чем одну женщину, — сказал Сергей Райкевич. — Слава Богу, что они не так часто попадают к нам. Это самые «страшные» посетительницы нашего учреждения. Пьяные дамы обычно впадают в истерику, агрессию (а ногти-то у них длинные!). Визжат, не дают спать другим клиентам. Чаще всего, стараемся созвониться с родными, чтобы забрали подгулявшую родственницу. Но, конечно, есть и такие дамы, которым все равно, где спать и в каком виде. Здесь даже им и сподручнее — чистая постель, крыша над головой.
С некоторыми дамочками приходится и по душам говорить, на путь наставлять. Женщины — народ эмоциональный: где-то кто-то обидел, выпила с горя, не заметила, как перебрала и все! И везут ее к нам ребята из ГАИ, мол, чуть под машину не попала. Бывает, и душу изливают. Причины пьяного горя разные называют: и на работе проблемы, семейная жизнь дала трещину, быт заел и т. д.

Рассудит видеокамера
Наш разговор прерывает стук в дверь. Проснулся Владимир Владимирович и требует, чтобы его отпустили.
— Простите меня, — рыдает мужчина. — ну, простите. Хлопцы, я хороший! Простите! Я на поезд опаздываю!
Руслан Адаменко в силу своих профессиональных обязанностей открыл дверь, осмотрел пациента, спросил о самочувствии.
— Во сколько поезд-то?
— В 16.30. Хлопцы, отпустите! Я ж человек!
— Проспали Вы свой поезд, Владимир Владимирович! Теперь только завтра поедете!
Мужчину такой расклад не устроил, и он принялся стучать в дверь кулаками и материть присутствующих. Кстати, досталось и мне! Дальнейший наш разговор протекал под звуки ударов о дверь, причитаний и брани Владимировича.
— Ну, вот куда мы его отпустим? А если под машину попадет? У него же вещи с собой! А если ограбят? — как будто пытались объяснить мне свою «жестокость» работники вытрезвителя.
При этих словах я сразу вспомнила о бытующем в народе мнении, мол, как в вытрезвителе обворовывают пьяных. Естественно, этот вопрос не преминула задать своим собеседникам. В ответ они дружно рассмеялись:
— Да, мнение это в народе присутствует. И с этим ничего не сделаешь, — считает Сергей Райкевич. — Раньше обращения в суд по этому поводу были не редкостью. Но как только здесь установили камеры видеонаблюдения, жалоб вообще не стало. На камеру теперь фиксируется все: как принимаем человека, осматриваем, делаем опись имущества, потом по этой описи возвращаем… Бывает, прибегают бывшие клиенты, кричат: «Где мой телефон?». Вот, пожалуйста, говорим, смотрите запись! Посмотрит так, голову почешет: «Да, значит, я его еще до вас потерял!»
Камеры видеонаблюдения помогают и в других спорных делах. Оказывается, бывают такие хитрецы, которые, попав в вытрезвитель, называют не свою фамилию, а, например, соседа или свата-брата. Опять же выручают «видеоклипы»!

Откачивали и работяг, и начальников
Человеку несведущему может показаться, что в вытрезвитель попадают только пьяницы и бомжи. На мой стыд, и я так думала…
— Контингент у нас бывает самый разный, можно сказать, люди всех профессий, — рассказывает Сергей Райкевич. — Вот смотрите, за 5 месяцев у нас прошли вытрезвление 650 человек, и только 345 из них — нигде не работающие. Остальные имеют и работу, и должность.
— Ведь всякое бывает — кто-то не рассчитал свои силы, выпил лишнюю рюмку, присел на лавочку о жизни подумать, и все, — вступает в разговор Андрей Дробыш, дежурный медвытрезвителя. — А взял бы такси и уже спал бы дома!
Андрей Дробыш — фигура легендарная. Он работал в вытрезвителе еще до его закрытия в начале 2000-ых годов, а после возобновления работы снова пришел сюда. В связи с этим, спрашиваю: а каких людей вам приходилось принимать здесь?
— Ой, разных! Были инженеры, энергетики, водители, налоговики, медики, педагоги, начальники служб и руководители предприятий. Да что тут говорить, мой бывший классный руководитель раз пять здесь был. Учителя, кстати, после выпускных балов к нам частенько попадают. Скажу вам откровенно: никто не застрахован. Никто…
…По дороге из вытрезвителя я долго не могла избавиться от слов Владимира Владимировича, засевших у меня в голове: «Отпустите меня! Я человек!». Был бы он немного трезвее, я б спросила у него: «Неужели Вы, Владимир Владимирович, чувствовали бы себя гораздо больше человеком, лежа на вокзале в луже, чем в вытрезвителе на чистой простыне?» Я не знаю, что бы он мне ответил… А что бы ответили вы?

Жанна Авдеева

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии