Бой с врагом или расправа

0

В деревне Дражно Стародорожского района 19 апреля был установлен крест в память о мирных жителях, погибших в ходе партизанской операции 14 апреля 1943 года по захвату полицейского гарнизона. Однако через несколько дней власти демонтировали крест и вывезли его ночью в соседнюю деревню Залужье. По информации Дражненского сельсовета, разрешения на установку креста никто не спрашивал. Что касается самих событий апреля 1943 в Дражно, то они вызывают неоднозначную оценку у историков. Мы предлагаем читателям небольшой экскурс в историю, основанный на разных мнениях.

Накануне трагедии
По рассказам сельчан, полицейский гарнизон был образован в Дражно вскоре после прихода немцев — в 1941 году. Полицейские (около 80-ти человек, 15 из них — местные) обосновались в школе, которую опоясали дзотами. Деревня стояла на возвышенности, на пересечении дорог, что позволяло идеально простреливать местность, да и леса находились далеко — в трёх километрах от Дражно.
В соответствии с документами, размещёнными в книге «Память. Стародорожский район», «гарнизон контролировал окрестные деревни, подходы к Старым Дорогам и Варшавскому шоссе. В его составе были полицейские, солдаты „добровольных“ формирований, немецкой жандармерии, охранных и эсэсовских частей. Он насчитывал 365 человек, имел на вооружении 4 станковых и 12 ручных пулемётов, винтовки, артиллерию (миномёты) и размещался в 36 дзотах и блиндажах, которые сообщались между собой подземными ходами». Там же говорится, что, боясь нападения партизан, оккупанты редко выходили из своих убежищ, в основном, для участия в карательных операциях, и что именно этот гарнизон выделялся своей свирепостью в расправах над мирным населением.
С начала 1943 года партизаны заметно активизировали свою боевую деятельность. Гарнизон в Дражно неоднократно подвергался их нападению.
В январе 1943 года попытка его разгрома оказалась неудачной, и нападавшие понесли серьёзные потери. После чего партизаны перешли к другой тактике — атаковали отдельные отряды, выбиравшиеся из гарнизона за продовольствием. Эти столкновения проходили с переменным успехом, а количество потерь и тех и других быстро росло.
Ещё одно нападение на гарнизон произошло 14 апреля 1943 года. Оно и вызывает сегодня неоднозначные оценки, поскольку в результате его погибли мирные жители.

Реклама

Версия партизан
Она изложена в документе, опубликованном в сборнике «Всенародное партизанское движение в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны» (Мн., 1978, т.2, кн.1, с.590−591).
Приведём оригинал: «Штаб 2-ой Минской бригады через свою агентуру узнал, что миномёты дражнинского гарнизона вывезены в другой гарнизон. Перед бригадой встала задача разгромить гарнизон в Дражно и уничтожить укреплённые точки противника. 13 апреля командование бригады поставило перед отрядом им. Чапаева задачу двигаться в район Дражно и 14 апреля в 5.00 занять исходные позиции согласно приказу штаба бригады. Отряд им. Чапаева получил приказ громить доты и дзоты противника, расположенные с восточной стороны гарнизона.
Бой длился 3 часа. Операции отряда им. Чапаева по уничтожению дзотов протекали в тесном взаимодействии с другими отрядами бригады. Отряд выполнил поставленную перед ним задачу: разгромил доты и проник на улицы гарнизона. Ввиду того, что засевшие полицейские вели огонь из домов, были подожжены эти дома. В 9.00 по условному сигналу (ракете) отряды бригады начали отход…
Сожжены здания, где находились полицейские, уничтожены в основном доты… Потери отряда убитыми и ранеными — 13 человек. В этот день отряд, подобрав раненых, достиг своего расположения — дер. Межерище».
Сам документ дан в книге с сокращениями. Возможно, в них могла быть более подробная информация о потерях противника, жертвах среди мирных жителей и других обстоятельствах боя.

Другой взгляд
Он основан на свидетельствах местных жителей, собранных в книге краеведа Виктора Хурсика «Кроў і попел Дражна».
Виктор Хурсик утверждает, что 14 апреля 1943 года партизаны напали на Дражно и без разбору стреляли, резали и заживо сжигали мирных жителей. Показания уцелевших дражненцев автор подтверждает документами из Национального архива Республики Беларусь. Приведём отрывок из интервью Виктора Хурсика «Комсомольской правде» от 2 октября 2007 года.
Виктор Хурсик: «Партизаны хотели выдать мирных жителей за полицаев… До 1943 года они практически не воевали, отсиживались в лесах… Но в 1943 году Сталин начал требовать конкретных результатов. Взять полицейский гарнизон в Дражно Иванову (командир 2-ой Минской бригады) не хватило таланта. Тогда командование бригады пошло преступным путем. Решили сжечь деревню, убить местных жителей и выдать их за полицаев.
***
…Я узнал об этом, когда ко мне решились обратиться дражненцы. Сначала я не поверил, что партизаны могли сжечь деревню с мирными жителями. Проверял и перепроверял. Копался в архивах, не раз встречался с жителями Дражно. Когда я осознал глубину трагедии, то понял, что необходимо говорить не только о геройстве, но и о преступлениях партизан, а они были…».

Говорят свидетели трагедии
Из воспоминаний Николая Ивановича Петровского, жителя Дражно: «Нашего отца, члена партии, полицаи схватили у самого дома, пытали на наших глазах, били, заставили копать могилу. Но почему-то не расстреляли и через несколько дней отправили в концлагерь. Так мы и жили: без отца, с ненавистью к оккупантам, ждали освобождения. И вот в январе 1943 года партизаны провели операцию по захвату полицейского гарнизона. Атаковали в лоб, почти всех их положили из пулемета. Сельчан заставили хоронить убитых. Помню, как мама переживала, плакала, ведь партизан мы считали нашей надеждой…
Но через несколько месяцев эти „защитники“ учинили невиданное… Выстрелы разбудили нас около четырех утра 14 апреля 1943 года. Мы побежали спасаться на огород, а мама вернулась в дом, хотела что-то вынести. Я лежал, не двигаясь, потом повернулся, а ее человек десять, даже женщины, колют штыками, кричат: „Получай, сволочь фашистская!“ Видел, как ей перерезали горло. Катя, сестра моя, вскочила, просила: „Не стреляйте!“, достала комсомольский билет. До войны она была пионервожатой, убежденной коммунисткой. Но высокий партизан, в кожаных сапогах, обмундировании начал целиться в Катю. Я закричал: „Дзядзечка, не забівайце маю сястру!“ Но раздался выстрел. Она умерла на моих руках. Я навсегда запомнил лицо убийцы. Комбриг Иванов.
Помню, как я отползал. Смотрю, соседку Феклу Субцельную вместе с малюткой-дочкой три партизана живьем бросили в огонь. Свою кроху тетка Фекла держала на руках. Дальше, у дверей пылающей хаты, лежала старушка Гриневичиха, обгоревшая, в крови…
Огородами мы с братьями доползли до дядьки. Дом его сожгли, а он чудом выжил. Выкопали землянку, в ней и жили.
…После войны я узнал, что непосредственно сжигали и убивали дражненцев партизаны из отряда имени Кутузова, которым командовал Израиль Лапидус. Знаю, что этот человек прожил неплохую жизнь, так и умер героем».
Рассказывает Ева Мефодьевна Сирота, пенсионерка: «Не дай Бог кому-нибудь узнать ту войну! Мы выжили, а мою подругу Катю застрелили, хоть она кричала: «Я своя!» Застрелили невестку и свекровь, их маленького мальчика бросили умирать. А ведь отец их семейства воевал на фронте.
Вспоминает Владимир Апанасевич, пенсионер: «Люди хавались в ямах из-под картошки, так одну семью прямо там и расстреляли, не пожалели. Меня судьба спасла, а ведь некоторых подростков партизаны отводили в поле и расстреливали.

Полярные мнения
Виктор Хурсик на вопрос корреспондента «Комсомольской правды в Белоруссии», о том, что есть люди, пытающиеся оспорить содержание его книги, ответил следующее:
«Мне известно, что, когда вышла книга, Министерство информации отправило ее на закрытую рецензию авторитетным специалистам. Ученые пришли к выводу, что факты, которые я привожу в книге, соответствуют реальности. Я предвидел такую реакцию. Свою позицию я считаю государственной, как и подход министерства. У меня была одна цель — поиск истины. К политике книга «Кроў і попел Дражна» никакого отношения не имеет.
Эммануил Иоффе, доктор исторических наук, к событиям 14 апреля 1943 года в Дражно относится по-другому:
«Партизаны не виновны: они исполняли приказ сверху. По моим данным, Дражно было крупным полицейским гарнизоном. Большинство его жителей были полицаями.
Конечно, и командиров партизанских бригад идеализировать нельзя, я не снимаю с них определенной вины. Война есть война, всякое случалось в пылу борьбы. Да и приказы уничтожать врагов давала Москва. К комбригу Иванову у меня двойственное отношение. С одной стороны, он добросовестно выполнял приказы, а с другой — промахи бывают у всех».

Из книги «Кроў і попел Дражна»
«Комбриг Иванов в докладе начальству подвел итог боевой операции в Дражно так (из дела № 42 фонда 4057 Национального архива РБ): «…бой прошел очень удачно. Свою задачу выполнили, гарнизон разгромлен полностью, за исключением 5 дзотов, в которые войти не удалось, остальная полиция уничтожена, убитыми и задохнувшимися от дыма насчитывается до 217 сволочей…».
***
«Руководить бригадой 21-летнего Иванова направили из штаба партизанского движения. Из документов понятно, что из-за его неопытности погиб не один партизан.
По сведениям, полученным от бывших работников Пуховичского райкома КПБ, в 1975 году Иванов покончил жизнь самоубийством.

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии