Польша глазами обывателя

0

Ну вот и побывала я за рубежом. Не за тем безвизовым, который отделяет нас от Украины и России, а за настоящим рубежом, преодолеть который можно только с визой в паспорте. Дожив до тридцатипяти лет, мне удалось наконец-то погостить у друзей из Польши — Петра и Дануты. В первые дни я просто наслаждалась цивилизованным отпуском, но потом решила — надо записывать. Эти записки я и представляю на суд читателей «Кур'ера».

Галина и Валентина: разные судьбы
То, что Польша манит к себе «длинным» рублём, вернее, злотым, стало очевидным к концу 90-х годов. Именно тогда Польшу наполнили гастарбайтеры с Востока, в частности, из Беларуси. Тогда же представители польского сильного пола обратили свои пламенные взоры на белорусских женщин — красавиц, умниц и тружениц. Так и попали в эту страну две мои новые знакомые — ныне жительницы Варшавы — Галина и Валентина.
С Галиной мы познакомились в поезде Минск-Варшава, поскольку ехали в одном купе. Моя попутчица — стройная привлекательная женщина лет сорока — возвращалась вместе с двадцатилетним сыном со свадьбы белорусских родственников. В польской столице Галина живёт уже девять лет. «Ты знаешь, все в моём родном посёлке думают, что раз я за границей живу, то богатая, — поделилась она. — А ведь я работаю простой уборщицей — мою подъезды». Далее Галина рассказала, что с мужем-поляком развелась, живёт вдвоём с сыном.
Тут в разговор вмешался Галин сын Стас, и с лёгким польским акцентом рассказал: «На свадьбе я у всех пацанов девчонок отбил. Они как узнавали, что я в Польше живу, так сразу на шею вешались. Знали бы они, как мы на мамину зарплату и на мою стипендию живём!»
Мы распрощались на перроне Варшавского вокзала. Мать и сын, навьюченные сумками и рюкзаками с подарками от белорусских родственников, скрылись в толпе встречающих.
С другой белоруской, Валентиной, уроженкой Орши, мы познакомились благодаря моим друзьям. Двенадцать лет назад, будучи матерью двоих детей от первого брака, она вышла замуж за поляка. «Я закончила лингвистический факультет БГУ, — рассказала Валентина. — Поэтому польский усвоила легко. Сейчас меня часто приглашают поработать переводчиком в различных туристических группах… Когда я развелась и со вторым мужем, — было трудно. Пришлось всё начинать сначала. Я окончила бухгалтерские курсы и открыла своё бюро. Теперь у меня несколько наёмных работников. Услугами бюро пользуются предприниматели, мелкие фирмы и т. д. Вообще, в Польше при желании всегда можно найти работу, главное — были бы желание и цель».

За город встали грудью
Город Торунь, в котором я провела несколько дней отпуска, поразил меня своим величием, наверное, как Москва Михайло Ломоносова, прибывшего из архангельской глубинки.
Кстати, по возрасту Слуцк на 30 лет старше сего града, что меня, как истинную патриотку, весьма расстроило. Да, младший брат нашего Случеска сейчас принимает до 2 миллионов туристов в год, а Слуцк с натяжкой вошёл в туристический маршрут «Тропами войны».
Польша глазами обывателяА всё потому, что жители и власти Торуня во все эпохи старались сохранить первозданность своей малой родины, за что и получили признание потомков, объявивших город всемирным наследем ЮНЕСКО. Действительно, город богат архитектурными шедеврами, здесь есть перед чем замереть благоговейно и почтительно.
Однако не менее уважительно я отношусь и к жителям Торуни, которые умеют защищать и оберегать свой город. Совсем недавно они запретили коммерческой фирме строить гипермаркет в черте древнего города. Как рассудили горожане, это бы испортило панораму застройки Торуня.
Сейчас в облик старого города позволено привносить лишь маленькие штрихи, которые весьма нравятся туристам и придают некий шарм мощёным улицам. Это и медный ослик, выполненный в натуральную величину, и щенок со шляпой в зубах, возле которых туристы обожают устраивать свои фотосессии.
Особо хочется отметить тот факт, что, бродя по улицам древнего Торуня, я ни утром, ни днём, ни вечером не встречала представителей коммунальных служб, убирающих мусор, оставленный его жителями или же туристами.
А знаете почему? Потому что мусора на мощённых красным камнем улочках я тоже нигде не видела.

Реклама

Чуть-чуть о политике
Время моей поездки в Польшу совпало с послевыборной эйфорией, когда партия «Гражданская платформа» получила большинство мест в парламенте, обойдя бывшую правящую партию «Право и справедливость».
Кстати, и Пётр, и Данута ещё с прошлых выборов были приверженцами «платформы». Поэтому их состояние я понимала и радовалась за них, одновременно стараясь немного разобраться в этой маленькой революции.
Как рассказал мне Пётр, и у «ПиС», и у «ГП» практически одинаковые программы и цели.
«За годы правления партии „Право и справедливость“ экономика Польши стала развиваться стабильнее, появились новые национальные проекты, уменьшилась безработица, — отметил мой собеседник. — Ты спросишь, что же не устроило поляков? И я отвечу: методы достижения цели, применяемые партией „Право и справедливость“, которые всё больше стали напоминать коммунистические. Поляки не допустили тотального возрождения телефонных прослушиваний, подставных „уток“ и нечестных закулисных игр. Предвыборные скандалы, которые организовывала „ПиС“ против „ГП“, возмущали поляков. Но не сутью дела, а методами, которые применялись для раздувания скандалов. Все это сыграло против этой партии».
В принципе, нельзя сказать, что все поляки живут политикой и пристально следят за событиями во властных кабинетах. Отнюдь. Но любой намёк на возрождение каких-то эпизодов из социалистического прошлого их страны вызывает неприятие практически у каждого.

О культуре и туалетной бумаге
Режим дня у принимающей меня стороны почти не отличался от моего, белорусского. К девяти — на работу, с часу до двух — обед, в шесть — домой. Чтобы составить некую картину о польском быте, я решила навестить на рабочем месте кого-нибудь из своих друзей.
Пётр работает журналистом в региональном отделении «Gazetа wyborсza». К нему после длительной экскурсии по городу мы с Данутой и отправились. Офис издания находится на третьем этаже пятиэтажного старинного здания. Кручёная лестница привела нас в святая святых четвёртой власти.
В офисе, разделённом на помещения стеклянными стенами, работали около 40 человек — журналисты, репортёры, верстальщики, редакторы. Пробравшись к рабочему месту Петра, я огляделась. Газету делают в основном молодые люди — не старше 35 лет. Перешептываясь, они рассматривают меня. Пётр переводит: «У тебя хотят взять интервью!» «Без комментариев, то есть, No comments!» — отвечаю я, и удаляюсь в туалет. Здесь впадаю в лёгкий шок: в туалете предприятия, где работают несколько десятков человек, в наличии белоснежный унитаз, сухой пол (хоть в носках ходи), приятный запах освежителя, ароматизированная туалетная бумага! В общем, не в каждом доме такая чистота и порядок.
Выйдя из редакции, мы отправилась пообедать. Данута привела меня в кафе типа «Белорусского бистро» в Слуцке. Заказали суп, пиццу, сок. Думаю, не плохо бы руки помыть. Иду в дамскую комнату и снова чувствую себя человеком. В туалете этой общепитовской точки, кроме всех благ: от горячей воды до салфеток и бумаги — имелись ещё и специальные салфетки для «седушки» унитаза!
Польша глазами обывателяВечером меня ожидала дискотека. Возражения, мол, не тот возраст, мои друзья не приняли. На месте я успокоилась: на меня никто не таращился, а возраст отдыхающих колебался от 16 до 40 лет. Что мне показалось занимательным, так это то, что лиц мужского пола было больше, чем женского, да и танцевать поляки не отказывались — ни медленные, ни быстрые «темы».
Выпив по три бокала пива, мы с Данутой направились туда, куда звало естество. И снова я поразилась тому, что около 150 человек, обпившихся пивом, метко попадали в унитаз, бумагу бросали точно в урну, а пол из белого кафеля не заплевали и не забросали бычками. Как говорится, почувствуй разницу!
Вы спросите, к чему я так подробно польские туалеты расписала? Просто, мне кажется, что об уровне культуры нации можно судить не по начитанности, не по грамотности речи и внешнем благородном виде, а по туалетам в общественных местах.

Столица — лицо страны
Путь из Торуни в Варшаву занял два с половиной часа. Ехали днём, поэтому я предалась созерцанию видов из окна. Удивилась множеству строящихся вдоль дороги коттеджей.
Как мне было разъяснено, последние два года жители городов активно стали мигрировать в районы: продают свои квартиры и строят дома вблизи малых населённых пунктов. Такой процесс уже стал волновать власти больших городов. Оказывается, налоги поляки платят по месту жительства.
Поля, поля, поля… Вот где разгуляться колхозному трактору! Ан, нет. Вся земля в Польше отдана фермерам.
В последнее время они до того дохозяйничались, что в стране началось перепроизводство мяса и молока. Всё это просто некуда стало девать. Пытались поляки пробиться на белорусский рынок, но не тут-то было. Мы, белорусы, лучше своё подороже продадим!
В перепроизводстве сельхозпродукции я убедилась в варшавских магазинах, где самые дорогие сосиски высшего сорта стоили в пределах наших семи тысяч, килограмм копчёной курочки обошёлся мне в шесть тысяч, а 500-граммовую свиную тушёнку я купила за три тысячи. Посетив рыбные отделы, убедилась, что в Польше мясо дешевле рыбы.
Варшава мне показалась многонациональным городом. На улицах польской столицы я видела и представителей мусульманских стран, и китайцев, и корейцев, и африканцев. Не думаю, что это были туристы. Скорее всего, как подсказал Пётр, они в Варшаве открыли свои фирмы. Иностранный капитал поляки не упускают.
К слову, не знаю, каким Макаром изъясняются китайцы или африканцы с поляками, но мою «беларускую мову» поляки понимали довольно сносно. А вот на вопросы на русском языке они отвечали однозначно: «Не розумем, пани». Так что, господа белорусы, учите родной язык, чтобы в Польше быть правильно понятым.
Но всё имеет свой конец, отпуск — не исключение. На вокзале в Варшаве на последние злотые купила несколько шоколадок. Не везти ж домой медяки! Белорусский банк, конечно, купит у меня злотые, но по грабительскому курсу.
У входа на вокзал увидела пятерых неопрятно одетых людей, сидящих прямо на ступеньках. Двух женщин и троих мужчин. Они были явно навеселе и пели песни. У нас таковых называют бомжами. Данута объяснила мне, что эти люди сами выбрали себе такую жизнь.
Оказывается, в Польше безработным гражданам выплачивают весьма достойную социальную помощь — около $ 200−300. Но для её получения нужно собрать справки (прямо, как у нас). Порой, бродяги не используют свой шанс по простой причине — им и так хорошо.
…Целуемся, прощаемся, сажусь в поезд. Стучат колёса, уносят меня на Родину. Скоро увижу родных. Поэтому — никакой тоски!

Жанна Авдеева

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии