Солигорский врач оперировал афганцев

0

«Я готов передать свой опыт лечения в любую страну. Только не для войны». Таким был итог моей беседы с Михаилом Далинчуком, кандидатом медицинских наук, врачом-офтальмологом, оперировавшим афганских солдат в военном госпитале в Кабуле с 1986 по 1988 годы.

— В Солигорской больнице я был заведующим глазным отделением, успешно проводил многие операции на глазах, — вспоминает доктор Далинчук. — Вот тогда меня и вызвали в Министерство здравоохранения республики и предложили высокооплачиваемую работу за границей. Зарплата советского врача была такой, что от предложения я не отказался. Потом меня вызвали в Москву. Заграница для меня оказалась Афганистаном. Так я попал в центральный военный госпиталь в Кабуле. Когда я вышел из самолёта, у меня сложилось впечатление, что попал в парную баню.
Нас с женой поселили в четырёхкомнатной квартире многоэтажного дома. За входной дверью в подъезде под лестницей стояла кровать. На ней отдыхали солдаты-афганцы, которые несли службу по охране советских специалистов. Дом был построен Советским Союзом, как и центральный военный госпиталь, в котором мне предстояло работать. Его возглавлял полковник медицинской службы Лалзой Мухамед. Он неплохо говорил по-русски, потому что учился в Москве. В мою обязанность входило быть советником-консультантом у врача-афганца, возглавлявшего глазное отделение. У каждого афганского специалиста был советник из Союза. Причём были такие консультанты по линии профсоюза, комсомола, даже у специалистов по распределению товаров первой необходимости. Я старался во время операций быть ассистентом. Но часто приходилось оперировать самому. Тогда афганец послушно мне ассистировал.
Когда планировались большие военные действия, госпиталь, рассчитанный на 700 коек, готовился к приёму раненых. Сначала я приезжал на работу с автоматом Калашникова и пистолетом. Во время операций мой автомат висел в гардеробе. Однажды я понял, что после операции автомат может исчезнуть. Чтобы не нажить себе лишних хлопот, я перестал его брать в госпиталь.
Более пожилые афганцы к нам относились доброжелательно. Молодёжь — настороженно и с недоверием. Мой коллега боялся меня пригласить к себе домой, чтобы соседи не знали, что он дружит с шурави, т. е. с советским.
Два раза в месяц нас под охраной бронетранспортёра вывозили на рынок. Однажды я поинтересовался у хозяина магазина, откуда он хорошо знает русский язык. Ответ меня удивил: «В Москве закончил Высшую партийную школу». Мясными продуктами и хлебом нас снабжали централизованно, овощи приобретали на рынке. Но свободно по городу ходить не могли.
Начатая война в Афганистане продолжается. Я не представляю, когда она может закончиться. Там очень много маленьких кланов, которые борются за власть. И все очень любят деньги. В госпитале я оперировал солдата, который начинал войну против правительства Афганистана и советских войск, потом перешёл на сторону правительства лишь потому, что новый командир пообещал ему большие деньги.

Реклама

Владимир Амельченя

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии