Романтический побег

0

Лето 1953 года… По западным секторам Берлина прокатилась волна демонстраций с требованием объединения Германии. Волнения перекинулись и на восточную часть немецкой столицы, находившейся под контролем СССР. Но не знали протестовавшие, что имеют дело с властями, которые ради установления порядка не остановятся ни перед чем… Против демонстрантов были брошены советские танки. Людей, уверенных, что в них не будут стрелять, просто давили многотонными машинами. Когда из-под гусениц идущих впереди танков полетели ошмётки человеческих тел, командир тридцатьчетвёрки Иван Гурбанович приказал своему механику-водителю заглушить мотор. Демонстрацию разгоняли без его. Новый 1954 год уже бывший командир танка встретил в лагере Архангельской области на озере Сиеньга, п/я 233. Скоро до заключённых долетела весть, что Берия арестован и расстрелян. Но это событие практически никак не отразилось на бывших советских солдатах, которых привезли на зону вместе с Иваном из Германии за отказ участвовать в подавлении волнений. Правда, несколько мягче стала охрана, а старший надзиратель Алексей Иванович Колпаков начал называть некоторых заключённых по имени-отчеству. Он по должности знал на зоне всё и всех. Не осталась без его внимания и такая мелочь, что у молодого механика Гурбановича постоянно чисто выбритое лицо. «Не иначе как опасной бритвой обзавёлся. Непорядок, надо при удобном случае изъять», — подумал надзиратель.

Иван работал в мастерских и был, как говорится, механиком и электриком от бога, за что и уважало лагерное начальство. Жилось ему в целом неплохо, насколько это возможно в условиях зоны. Наступающая весна пробуждала к жизни окружающую природу. Как её часть, не был исключением и Иван, стараясь следить за собой и держаться в форме. Во многом причиной тому была Галя, дочь старшего надзирателя. Красивая и стройная, она училась в одной из архангельских школ, а на каникулы приезжала в домик отца, который стоял по ту сторону ограждения мастерской и был прекрасно виден. Вот на днях опять защемило у Ивана сердце: он заметил понравившуюся ему девушку. Полёт мечтаний уносил его в мир несбыточных грёз, и Иван не заметил, как к нему подошёл надзиратель. Почти по-свойски опытный страж произнёс: «Побрился, значит. Может жениться собрался»?
«Да, Алексей Иванович, — смело ответил Иван. — Свою Галю за меня отдадите? Знаю, она на каникулы приехала».
«Как придёшь ко мне свататься домой, то отдам, — спокойно ответил надзиратель. — Только вот бритву выложи».
«После свадьбы непременно отдам, гражданин начальник. А так, хоть сегодня забирайте, если найдёте её в мастерской», — парировал Иван.
Искать бритву в механической мастерской — что иголку в стоге сена. Надзиратель это прекрасно понимал. «Смотри, как бы хуже не было», — проворчал он и удалился
С этого времени молодой парень постоянно думал о Гале. В одну из ночей, тёплый морской ветер принёс на территорию лагеря густой туман. Прожекторы, установленные на вышках не пробивали даже половины запретной зоны, которая отделяла мастерскую от домика, в котором жила Галя. План действий созрел у Ивана молниеносно, а овладевшее им безумство окончательно затмило остатки разум. Надев на руки изоляционные перчатки, парень взобрался на опорный столб электролинии. Сверху не было видно ни прожекторов, ни самой охранной зоны. Повиснув руками и ногами на проводе, он медленно начал двигаться вперёд. Когда провод стал подниматься вверх, понял, что надо прыгать. Стояла полная тишина, и только удары собственного сердца нарушали её. Иван разжал ладони — и через мгновение оказался в глубоком сугробе. Он долго сидел в снежной яме, а выбравшись из неё, направился к домику надзирателя. Сенцы легко открылись. Иван нащупал щеколду входной двери и потянул её на себя. Домик был на одну комнату, тускло освещаемую настольной лампой с розовым абажуром. У стола над книгой сидела Галя. Иван переступил порог и, закрыв за собой дверь, сказал: «Добрый вечер». Галя удивлённо смотрела на нежданного гостя, а с печки, что стояла справа, его внимательно разглядывала жена надзирателя. «Алексей Иванович дома? — чтоб не затягивать молчание спросил Иван. — Мы договаривались, что я приду к вам… Здесь он замялся, а потом добавил: — Чтобы жениться. Зовут меня Иван Гурбанович, я с зоны общего режима. Меня не бойтесь. Если не предложите пройти, то буду ждать хозяина у порога». -
«Папа должен скоро прийти, чтобы попить чаю. Он сегодня в ночь дежурит. А вы проходите», — пригласила Галя.
Когда появился Алексей Иванович, Галя и Иван мирно беседовали. Сразу оценив ситуацию, надзиратель со словами — «Сейчас буду» тут же вышел. Вернулся он уже с двумя автоматчиками…
Утром начальник режима капитан Шкурин допрашивал Ивана Гурбановича. Больше всего его интересовало, каким образом тот выбрался из лагеря. Оба сошлись на том, что Иван раскрывает свою тайну, а начальник режима не заводит уголовного дела за побег. Условия двухсторонней договорённости были соблюдены. Поздней осенью 1958 года, по решению Архангельского областного суда Иван Гурбанович был досрочно освобождён. Галя так и осталась жить в посёлке Сиеньга. Достойного жениха для неё не нашлось, а вот следы нашего героя затерялись…

Реклама

Владимир Дамель

P. S. В этой истории нет ни одного вымышленного имени, а описанные события полностью соответствуют действительности. Просьба к читателям: если кто-то слышал рассказанную истории или что-либо знает о его герое, отзовитесь. Иван Тарасович Гурбанович — случчанин по происхождению. После освобождения он уехал в родные края.

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии