Я поняла, что должна жить

0

Приглушенный свет настольной лампы слабо освещал комнату и слегка прикасался к лицу женщины средних лет, одиноко сидевшей в кресле. Волосы уже тронуты ранней сединой. На лице обозначились первые морщинки. Глаза полны застывшего горя, сквозь которое прорывается тоненький лучик светлой радости.

Распахнулась дверь, и в комнату, неслышно ступая, вошла девушка лет 18. Она подала женщине флакон с лекарством и, подождав некоторое время, тихо попросила: «Мама, расскажи мне о моём отце, о вас». Чувствовалось, что её это волнует, что просьба звучит не в первый раз. Женщина встала, медленно подошла к окну: «Да, пожалуй, время пришло, дочурка. Ты уже взрослая».
…Валя заканчивала школу. Выпускники готовили концерт в честь этого события. Участвовала в нём и она. Предстояло играть в сценке, по ходу которой девушка, в роли ведущей телепрограммы, берёт интервью у медсестры и у пожарного (им был парень из параллельного класса). Изюминка номера состояла в том, что ребята его не репетировали, и получалось всё происходящее как бы «по-настоящему».
Наконец долгожданный день наступил. Начался концерт. И тут Валя увидела Его. Сколько раз она проходила мимо него в школе, но не замечала, не обращала внимания! Их сценка-«интервью» закончилась тем, что «пожарный» подарил девушке на память свою авторучку. А на выпускном балу они не видели вокруг никого: они поняли, что любят друг друга со всей силой первой любви. В эту последнюю школьную ночь все звёзды сияли, казалось, только для них двоих.
Осталась позади школа. Валя готовилась к поступлению в университет, а её любимый твердо решил стать пожарным. Они знали, что разлука не станет расставанием навсегда, потому что была любовь, которая справится с любой преградой.
Желание Вали осуществилось. Она уехала учиться в Минск. Его направили служить в одну из пожарных частей в Брагин. Они стремились друг к другу, звонили и при каждой возможности встречались в родном Слуцке. Но встречи эти были короткими. За ними вновь разлука, вновь вдали от любимого.
Время шло. Жизнь со своими проблемами вторгалась в их отношения, отодвигала планы.
Наступила весна, очень похожая на последнюю школьную. Девушка поехала в Брагин к своему единственному. Он сообщил ей радостную для обоих весть: в мае его переводят в Минск, и ничто их уже не разлучит. Когда у Вали наступят каникулы, он возьмёт отпуск, и они поедут отдыхать.
Из Брагина уезжала окрыленная…
Утром 27 апреля она позвонила ему. Не должна была, не договаривались. Но что-то тревожило уже второй день, и эта непонятная ей, но страшная тревога за любимого заставила набрать номер. Ей сказали, что он в командировке и нет причин для беспокойства. А вечером сообщили, что он погиб. Позже друзья рассказали, что он слишком долго был в точке с запредельным уровнем радиации. Не отступил.
Мир для неё в мгновение опустел. Всё рухнуло, весна исчезла… Жизнь потеряла всякий смысл…
В один из опустошённых дней к ней пришло неодолимое стремление побыть наедине с клочком земли, отнявшим Его. И если повезёт, пройти свою дорогу Туда, где Он сейчас, к Нему.
Дорога оказалась страшно тяжелой, и преодолеть всю она не смогла: заболела и слегла на больничную койку. Врачи сказали её маме, что Валя беременна.
«В тот момент, когда я хотела умереть, я поняла, что должна жить, жить для тебя. И за него, — сказала Валентина Владимировна. — Имя твоё, Вита, в память о твоём отце Виталии. И ты для меня, доченька, — живая память Его. Живи счастливо, милая, ведь имя твоё означает „жизнь“. И сохрани в себе то, что ты сейчас узнала. Пусть судьба будет к тебе добра, родная моя». Помолчав немного, Валентина Владимировна сказала: «Это тебе, Виточка. Помни!» И протянула дочери авторучку.
…Вита обняла мать, крепко прижалась к ней. «Не плачь, доченька. Не надо, хорошая моя», — шептала Валентина Владимировна. Луна освещала её руку, скользившую по волосам дочери, и нежно-грустные глаза со слезинками в уголках.

Реклама

Ирина Головчиц

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии