В ЭМИГРАЦИИ. Татьяна Расказинкова и её сын Максим счастливы в Голландии. Фото из архива собеседницы

В уходящем году «Кур'ер» начал цикл публикаций о наших земляках, которых судьба забросила в другие страны. Интервью с ними вызвали читательский резонанс и обсуждение на сайте газеты. Истории наших соотечественников, устроивших свою жизнь вдали от родины, оказались интересными не только их одноклассникам, друзьям и знакомым. В 2010-ом мы продолжим серию бесед с «нашими иностранцами».
А в последнем номере уходящего года — интервью со случчанкой Татьяной Расказинковой. Восемь лет назад Татьяна, медсестра кардиологического отделения, нашла по объявлению мужа-иностранца и эмигрировала в страну тюльпанов. О том, что вышло из её авантюры, новоиспечённая гражданка Голландии рассказала в интервью «Кур'еру».

Уж замуж за рубеж

— Таня, расскажи, как у тебя появилась идея уехать из Беларуси?
— Мы с подругой загорали на крыше девятиэтажки, и вдруг нас осенила бредовая идея: «А не выйти ли нам замуж за иностранцев?». К тому времени я была в разводе и растила одна сына Максима. Сначала мы занялись поиском дефицитной тогда газеты «Из рук в руки», в которой публиковались объявления иностранцев, желающих познакомиться  со славянками.
Знакомые надо мной подшучивали, серьёзно не воспринимали, но все помогали: кто-то оставлял газету, кто-то помогал с английским языком, а кто-то хранил письма, чтобы их не украли из почтового ящика. Сейчас мне кажется, что в операции «ищу мужа-иностранца» было  задействовано почти пол-Слуцка.
Я не слишком заморачивалась на стране, в которую бы поехала. Мне было всё равно. Наверное, мною двигало ещё и отчаяние. Разведённые мамы знают, как тяжело растить детей, не получая алиментов и помощи от отца ребёнка.

— Какие варианты тебе пришлось рассмотреть? 
— Я отвечала на все письма и сама давала объявления. Приходили ответы из разных стран: США, Франция, Германия, Бельгия. Мой выбор пал на голландца Вика. Сейчас я прикалываюсь, что замуж вышла за него «из-за птичек». В объявлении он написал, что вдовец, растит дочь Стефани и очень любит домашних животных. У него два кота, две собаки и 40 канареек. Столько животных — подумала я, значит, и на нас места хватит.
Вик и правда оказался добрым человеком. Он многим помогает: лечит людей нетрадиционно — наложением рук. Сначала мы съездили друг к другу в гости, а затем Вик предложил мне с сыном переехать. Так в 2001 году я оказалась в городе Рурмонд на юге Голландии.

— Как сложились отношения с мужем?
— За шесть лет совместной жизни мы поняли, что совершенно разные, тем более, Вик намного старше. Отношения наши постепенно испортились, а я следовала принципу: не ты первый и не ты последний. Получила  квартиру и переехала туда с сыном в сентябре 2007-го. А на Рождество зашла в гости к подруге и встретила мужчину с глазами озорного мальчишки. Сейчас мы счастливы вместе с Рюдом. Мой сын нашёл в нём хорошего и надёжного друга.

Моими учителями голландского языка были волонтёры

— Говорят, самое сложное для эмигранта — период адаптации. Тяжело тебе было?
-  Когда мы уехали, мне был 31 год, Максиму — 10. В чужой стране у меня не было ни друзей, ни знакомых. Сын немного знал английский. Несколько легче стало, когда я познакомилась с интернациональными соседями.
Помню, меня до глубины души удивило, что мой диплом медсестры здесь не годен, чтобы работать в больнице. Пришлось учиться заново. Не только голландскому языку. Изучала и право, и компьютер, и многое другое.

— Какие традиции, принятые в голландском обществе, тебя удивили?
— Чужая ментальность — отдельная история. Меня поражали привычки и традиции голландцев. Например, есть горячее у них принято один раз в день. Когда голландцы возвращаются с работы, все вместе собираются  за столом. Семья ведёт беседы о прожитом дне и планах на завтра. Поначалу меня это удивляло, а теперь понимаю, что это очень сближает.
Мне нравится, как здесь отмечают дни рождения. Приглашаются гости примерно к 20 часам. Это время, когда все уже поели дома. На столе -  чипсы, орешки, нарезанный кубиками сыр и сервелат. Угощают маленькими порциями салатиков, которые намазывают на сухарики. Зато пиво пьётся ящиками.
Перед тем, как пойти в гости, принято договариваться за пару недель. Теперь я уважаю это правило. Свободное время, прежде всего, для семьи, а только потом для друзей.
Поначалу меня удивляло обилие волонтёров и добровольцев. Ими называют людей, которые готовы работать бесплатно. Видели бы вы выражение моего лица, когда мне по приезду предложили волонтеров для изучения языка! Многие голландцы, особенно пожилые, страдают от нехватки общения и одиночества, вот и записываются в добровольцы, чтобы чувствовать свою востребованность.

Образование — платное, но недорогое

— Когда ты  эмигрировала, твой сын был школьником. Что тебя поразило в системе образования страны?
— Школьники в возрасте до 12 лет не пользуются учебниками и не получают домашних заданий. В 12 лет сдают экзамен и по результатам решают, в какой школе продолжить обучение. В высших школах проходят все предметы, что и в Беларуси. А низшие-средние — вроде наших ПТУ с узкой специализацией. Образование платное, но недорогое -  0,5 % годового дохода. Когда ребёнку исполняется 18 лет, родители платят чуть больше 0,8-0,9%.  До 21 года все обязаны учиться. Студентам государство оплачивает проезд в поездах и автобусах.

В кризис жильё подешевело

— Таня, расскажи, какое жилье имеет семья? Сколько стоит у вас квартира? 
— Мы снимаем трёхкомнатную квартиру. Квартплата средняя — 520 евро в месяц. Молодые пары стараются сразу купить дом. Кредит на покупку жилья предоставляется на 30 лет. С кризисом цены на дома упали, но и число покупателей уменьшилось. Самые дешёвые дома (4-5 домов под одной крышей) стоят 150 -180 тысяч евро. На севере страны всё дороже. Наверное, вашим читателям интересно будет узнать цены на продукты и одежду. Так вот, молоко у нас стоит 0.90, хлеб — 1,10-1,60, сыр стоит 7-10 евро за килограмм, фарш — 5-6 евро.
Одежда из искусственных материалов стоит дёшево: обувь от 20 (туфли, кроссовки) и до 50 евро (сапоги). А вот кожаная обувь дорогая: сапоги — 180-250 евро и дороже, туфли — от 80 евро.

«Травку» можно выращивать дома

— Расскажи, чем увлекаются местные жители? В стране легализованы наркотики, может быть, это и становится главным увлечением голландцев?
-  Ну что ты! Увлечения местных жителей очень разнообразны: конный спорт, футбол, гандбол, стрельба из лука, плавание, фитнес, теннис, танцы.
Всем известно, что в Голландии легализованы лёгкие наркотики. Есть здесь кофи-шопэн. Так называют магазины, где можно покупать травку, но её надо на месте выкурить, потому что на улице полицейские могут остановить, обыскать. При наличии больше 2 граммов штрафуют. «Травку» можно купить у дилеров на улице или выращивать дома. Законом разрешены три растения на дом. Чтобы уменьшить наплыв туристов в кофи-шопэн, хотят ввести карточную систему. На мой взгляд, от легализации наркотиков страдает только подрастающая молодёжь.
К чести голландцев могу сказать, что здесь  обожают велосипеды.  Половина жителей страны передвигается на них. Это так здорово! Я работаю в деревне и езжу на работу каждый день на велосипеде.

Работаю в раю для старичков

-  Какую ты нашла работу?
— Уже шесть с половиной лет я работаю в доме престарелых сестричкой. Такого внимания, которое они получают здесь, старым людям дома не видать. У каждого — отдельная комната с открытой кухней (небольшой), ванная и туалет. За проживание в доме старики платят сами. Их пенсии хватает на оплату услуг, проживания, питания. На Рождество дети могут  их посещать.
Работа очень нравится. Старички — народ благодарный. В нашем доме я единственная иностранка. Было очень приятно, когда некоторые старички приветствовали меня на русском языке.
Оказывается, многие в войну находились в концлагерях и там выучили русский язык. О славянах рассказывали с уважением. Один дедушка даже показал фотографию своей первой любви, которую после войны пытался безуспешно разыскать.

Я знаю, что такое дискриминация

— Чем ты отличаешься от голландских женщин? Случалось ли тебе встречаться с дискриминацией по национальному признаку?
— Отличает, в первую очередь, моё круглое славянское лицо. Чистокровные голландцы имеют овальную форму лица. Никак не привыкну к тому, как одеваются голландки. В Беларуси такое не носят! Здесь, если ты надела укороченную юбку и туфли на шпильках, сразу напрашивается вопрос: не проститутка ли ты?
Как они относятся к эмигрантам? В деревнях не очень любят иностранцев. В городах отношение лучше. Не раз приходилось сталкиваться с дискриминацией. Но когда ты с улыбкой на лице доказываешь, что знаешь свои права и место в обществе, то тебя начинают уважать. Не зря в первые годы я внимательно изучила свои права и множество голландских законов.

…но в Беларусь не вернусь

— Знакомо ли тебе чувство ностальгии?
— Ностальгия может быть только по тем местам, где тебе было хорошо, и где тебя любили. Только здесь я стала счастливой. Поэтому и ностальгия у меня отсутствует. Возвращаться на родину не планирую.
В канун Нового года хочется поблагодарить своих слуцких друзей, которые помогли мне уехать.
Тем, кто собрался стать эмигрантом, я бы посоветовала: будьте готовы к трудностям, но не робейте.
Меня раздражает, когда говорят: такая моя судьба. Человек делает свою судьбу сам. Но почему-то большинство смиряется с тем, что имеет.

Варвара Черковская 

СТРАНА ВЕЛОСИПЕДИСТОВ. Голландцы обожают велосипеды. Такие стоянки для двухколёсных средств передвижения есть в микрорайонах каждого города. Фото из архива собеседницы

НАРКОТИКИ. В Голландии легализованы лёгкие наркотики. В магазинах кофи-шопэн можно купить “травку” и на месте её выкурить. Фото из архива собеседницы

Теги: Амстердам, Голландия, дискриминация, эмигрантка